Книга От куртизанки до принцессы, страница 20 – Айрин Валери

Ныне же ситуация иная: никакого ухажёра на горизонте нет. Потому отчим не видит смысла тянуть — и помолвка с Лордом состоится так скоро. Ему попросту нечего ждать.

А еще я узнала, что помолвка старшей сестры состоялась, несмотря на –то, что избранник разорен.

И что особенно странно: оба бывших поклонника Лаури не стоят и ломаного гроша. Но почему же тогда отчим приютил этих людей, а еще и выдал за них своих дочерей? Выходит, деньги его не интересуют — так что же они могут ему предложить? Какие козыри держат в рукаве эти двое? Неужели, это только из-за искренней любви его дочек к этим людям? Или что-то еще?

Слуги принесли мне прекрасное бежевое платье — мягкое, словно утренний туман, с изящной вышивкой по лифу и струящейся юбкой, которая, казалось, едва касалась пола. К нему прилагался нежный венок из полевых цветов: белоснежных ромашек, тонких веточек лаванды и россыпи мелких голубых васильков. Его лёгкие ленты мягко переплетались с прядями волос — достаточно скромно, но в то же время изысканно.

Безусловно, для такого случая я тщательно соберусь и буду выглядеть непревзойдённо. Каждая деталь будет выверена: причёска, макияж, осанка — всё должно быть безупречно. Я хочу навсегда запечатлеть в памяти их лица — застывшие в изумлении, когда я твёрдо скажу ему «нет». Предвкушение этого момента наполнило меня тихой радостью.

В памяти всплыли строки из мемуаров: Лаури, с дрожащими губами и слезами на глазах, произнесла «да». А рядом стояли два её несостоявшихся жениха — те самые, что ещё недавно соперничали за её внимание, — и хлопали в ладоши, скрывая за улыбками облегчение.

Тихий стук в дверь прервал мои размышления. Я вздрогнула, на мгновение замерев, а затем услышала голос слуги — ровный, бесстрастный:

— Госпожа Лауриетта, вас просят спуститься в главный зал.

Я медленно поднялась, поправила складки платья и сделала глубокий вдох.

В главном зале собрались все домочадцы. Свет множества свечей играл на полированных панелях стен, отражался в хрустальных подвесках люстр, но атмосфера казалась натянутой, словно струна.

Гости и члены семьи стояли полукругом, словно для какого‑то торжественного действа. Лица гостей лучились улыбками, а родные выглядели так, будто сбылась их заветная мечта. Отчим, выпрямившись во весь рост, сиял от гордости — его губы растянулись в широкой, самодовольной улыбке, а глаза блестели от удовлетворения. Рядом с ним, чуть позади, стояли мои сёстры: они переглядывались, хихикали и украдкой бросали на меня любопытные взгляды, явно предвкушая зрелище.

Мать стояла чуть в стороне, опустив голову. Она избегала моего взгляда, нервно теребила край кружевного платка и лишь изредка поднимала глаза.

Лорд, будущий «избранник», стоял рядом с отчимом. С идеально уложенными волосами, зачесав лысину на бок, и безукоризненным костюмом, он выглядел так, словно уже праздновал победу. Его улыбка была вежливой, но в ней не было теплоты — лишь холодное удовлетворение человека, получившего желаемое без усилий.

Отчим сделал шаг вперёд, обвёл взглядом собравшихся, словно желая убедиться, что все внимание приковано к нему, и торжественно произнёс:

— Лауриетта, мы с твоей матерью выбрали тебе партию для замужества.

Его голос прозвучал громко и властно, эхом отдаваясь в тишине зала. В этот момент я почувствовала, как внутри меня что‑то оборвалось — но вместе с тем во мне закипала решимость.