Книга Кушетка и бутыль, страница 34 – Анна Пожарская

Потом боль поутихла и Эрслоу решила покопаться в закутках мироздания и поискать, что ей полагается за нарушение клятвы. В конце концов, она никогда не интересовалась подробностями. Как знать, может, то страшное наказание, о котором так много говорят, страшно для всех, кроме нее? Или выглядит достойной платой за возможность прожить хотя бы немного с любимым мужчиной?

Потеряла счет времени. Утонула в древних книгах, обрывках знаний, кусков летописей и сказаний. Очнулась, лишь когда Гуру легким ветерком позвал за собой. Эрслоу усмехнулась и отправилась выполнять свое предназначение.

В душном тускло освещенном помещении пахло перегнившими отходами и кровью. Умирал мужчина. Он уже не помнил себя от боли, но сознания не терял и следовать за Гуру отказывался. Эрслоу кинула на него беглый взгляд. Весь в длинных ранах, будто изрезанный большими ножами, он беззвучно плакал, не в силах даже скорчиться от мук. Утопая в луже собственной крови, он держался за жизнь так, будто не успел сделать что-то важное, такое, отчего, кажется, зависит судьба огромного мира.

Эрслоу обратилась к силе, и, протянув руку, позвала мужчину: «Следуй за мной», — прошелестела она. Тот лишь поднял на нее мученические глаза, но с места не сдвинулся.

А потом Эрслоу увидела его — сгусток тумана, белое едва заметное облако. Оно пришло отнять у нее добычу! Опять… Собрала всю мощь и кинула в него энергетической сеткой. Грустно улыбнулась. Гармоничная пара делала свое дело, сил оказалось достаточно, чтобы преодолеть защиту облака. Поймала его, и жизнь готова была поставить, что может удержать.

— Кто ты? — поинтересовалась зовом, заставляя сеть сжиматься и корежить облако. Отчего-то хотелось, чтобы ему было больно. — Кто и зачем тебя послал сюда?

— Я почти что ты, — донеслось со всех сторон одновременно. — Когда полотно сомневается, оно призывает меня, и я иду забирать свое. Мы как орудие судьбы, кто победил, тот и прав. И сегодня мой черед.

— Посмотрим, — усмехнулась Эрслоу и добавила энергии в сеть. А потом встрепенулась от странной мысли: если облако живет так же долго, как она, может, оно подскажет ответ на вопрос? — Ты не знаешь, что случается с хранителем, нарушившим клятву?

— Нет. Но ты можешь спросить у полотна. Оно отвечает. Правда придется вспомнить прошлое, принять настоящее и не бояться будущего.

— Хитро. Еще вот что скажи… Почему ты не вмешался, когда Черлинд, — Эрслоу запнулась. — Попал в Мир мертвых?

— Не знаю. Вероятно, полотно считало, что все идет как надо.

Умирающий мужчина застонал. Эсрлоу отвлеклась, облако скукожилось, изловчилось и ударило соперницу. Она согнулась пополам, судорожно хватая ртом воздух. Похоже, сегодня упустила добычу. Облако рассмеялось и вытеснило ослабевшую хранительницу из помещения с нежелающим сдаваться мужчиной.

Эрслоу поспешила восвояси. Мысли в голове походили на хитрую лисицу в лесу: кажется, вот-вот ухватишь, ан нет, постоянно убегает. Если верить облаку, всем заправляет полотно мироздания, но как? Всегда думала, где-то есть могущественные боги, изменяющие мир на свой манер, контролирующее великое равновесие, но если кому жить, кому умирать решает полотно, то, они, хранители, это равновесие и есть. Странно! Что в этом случае происходит с предназначениями? Зависят ли они от уровня энергии и желания хранителя, или на все только воля той пестрой реки, что Эрслоу видела у Дино в гостях? Чем больше раздумий, тем больше вопросов. Махнула рукой. Либо все станет понятно рано или поздно, либо просто не стоит тратить на это время.