Книга Он вернется до рассвета. Книга 2, страница 122 – Тэнло Вэйчжи

Сейчас Чжао Чжилань уже приняла Пэй Чуаня как зятя и даже считала его вполне удачным вариантом. В конце концов, он был ответственным, зарабатывал хорошие деньги и заботился о ее дочери. Так что она весело сказала:

— Обязательно предохраняйся, а не то залетишь на последнем курсе!

Только сейчас Бэй Яо поняла, насколько бестактна ее мать. Боясь, что Чжао Чжилань скажет что-то еще в том же роде, она быстро согласилась.

К счастью, сейчас были летние каникулы, а в сентябре она возвращалась в Пекин. Учиться ей оставалось всего год. Однако теперь все знали, что она была не обычной студенткой, а женой профессора Пэя, ведь Пэй Чуань так громко об этом заявлял. Что касалось дел семьи Хо, студенты подробностей не знали, и для них это была просто история некогда великой семьи, пришедшей в упадок.

Когда Бэй Яо появилась в общежитии, улыбающиеся соседки засыпали ее вопросами про медовый месяц. Что она могла ответить? Было неловко. Пэй Чуань, похоже, все еще считал ее хрупкой фарфоровой вазой. В НИИ же после возвращения Пэй Чуаня старшие коллеги вздохнули с облегчением. При нем все проекты продвигались с молниеносной скоростью, но за время его отпуска большинство привыкло работать в улиточном темпе.

Пэй Чуань разработал сенсорный чип, который был официально допущен к тестированию в сентябре. Однако устройство еще не было готово. Будучи Дьяволом, он уже начинал исследовать технологию чипов для имплантации в мозг, но сейчас переключился на разработку сенсорных чипов для конечностей. Цель заключалась в том, чтобы вживить чип в человеческое тело и пациенты с параличом или в вегетативном состоянии могли стать полноценной частью общества.

В тот день Пэй Чуань в белом лабораторном халате вместе с коллегами наблюдал за итоговым испытанием. Юный доброволец с церебральным параличом^[44] и двигательными нарушениями под всеобщими взглядами медленно разгибал пальцы и брался за ручку. Его родители прикрывали рты руками, по их лицам текли слезы. Ребенок восхищенно смотрел на Пэй Чуаня. Пусть его развитие было замедленным, пусть он мог держать ручку всего минуту, но, казалось, понимал: надежда есть. Губы Пэй Чуаня были плотно сжаты, но взгляд искрился счастьем.

Он поздно ушел с работы. По дороге домой над ним пролетали ласточки, небо постепенно темнело. Засунув руки в карманы, Пэй Чуань впервые задумался о том дне, когда они с Бэй Яо летели в Пекин. На борту самолета она обрисовала ему свое видение прекрасного мира. И спустя годы он упорно трудился, чтобы создать этот лучший мир. Впервые он по-настоящему ощущал ценность и смысл своего существования.

Когда Пэй Чуань открыл дверь, за окном уже моросило. Возле входа он заметил сине-белую фарфоровую вазу, в которую Яо-Яо поставила букет жасмина. Крошечные белые цветы наполняли дом благоухающим ароматом.

Облокотившись на стол, Бэй Яо стояла в розовом фартуке и читала учебник по медицине. Летняя жара еще не спала. На плите грелась каша. Учеба Бэй Яо подходила к концу, так что в последнее время девушка часто была свободна. Услышав шаги, она оглянулась. В 22 года она была похожа на первый распустившийся весенний бутон. Теплый желтый свет создавал уютную атмосферу. Впервые Пэй Чуань почувствовал, что мир добр к нему, что у него снова есть дом.