Онлайн книга «Ещё не люди»
|
Но именно этого мне не хватило много лет назад у большого моста. Совсем маленький сдвиг. Я привык ценить такие. Они закрепили ветвь и ушли. Я воспользовался восстановленным переходом следом. 16 После дождей появился тяжелый кашель. Сначала только по утрам, потом каждый переход начал заканчиваться долгим неприятным приступом, а ночью меня то знобило, то становилось жарко. Человеческая память предлагала несколько диагнозов. Ни один не предлагал антибиотиков. Постепенно я перестал уходить далеко с группой. Рыжая тоже состарилась, но двигалась лучше и временами оставалась рядом. Дочь приносила мягкие темные плоды, которые не требовали усилий от зубов. Именно тогда я узнал о еще одном мосте. Возня молодых доносилась с участка, которым я почти не пользовался. Когда однажды стало немного легче, я добрался туда и увидел длинную живую ветвь, сведенную между двумя деревьями. Конструкция была так себе. Конец держался неглубоко, дополнительной боковой опоры почти не было, тяжелому взрослому я бы пользоваться не советовал. Молодые пользовались. Я не знал, кто сделал переход. Кто-нибудь из потомков Длинного, мой собственный внук, родственник, наблюдавший чужую работу, — теперь это уже невозможно было восстановить. И впервые меня совершенно не интересовал ответ. Я столько жизней заново закреплял одни и те же тревожные крики, снова поднимал камень перед родней, которая никогда не видела ничего подобного, снова начинал там, где предыдущие попытки исчезли или куда вообще никогда не добирались, что иногда забывал смысл всей этой нудной работы. Вот он. Не построить миоценовый город. Не провести каждую технологию собственной рукой через миллионы лет. Просто однажды оказаться в месте, где что-нибудь полезное уже сделали без меня. Я вернулся к гнезду. На следующий день подняться не смог. Родня двигалась вокруг, потом ушла кормиться. Время от времени со стороны нового перехода доносился скрип ветви под чужим весом. Мост работал, хотя меня для этого рядом не требовалось. А потом меня тупо съели. Я даже не успел понять кто. Что-то тяжелое рвануло меня из гнезда, перед глазами оказалась пасть с огромными желтоватыми зубами, боль вспыхнула сразу во всем теле — и не успела закончиться, как превратилась в другое невыносимое давление. Меня сжимало со всех сторон, голову проталкивало через тесное кольцо, грудь не могла развернуться, а затем давление резко исчезло и… Научная основа художественной реконструкции Nacholapithecus kerioi — реальный средне-миоценовый гоминоид из Начолы в северной Кении. Находки включают многочисленные зубные и челюстные остатки, а также необычно богатый для миоценовой человекообразной обезьяны посткраниальный материал. Современная ревизия геологии нижней части формации Aka Aiteputh относит содержащие млекопитающих горизонты примерно к 15,0–14,4 млн лет назад; один из ключевых уровней датирован около 14,77 ± 0,10 млн лет. Поэтому указанное в главе «около 15 миллионов лет назад» является намеренным округлением. Выбор именно Nacholapithecus для главы «Мост» связан прежде всего с его реконструируемой локомоцией. Частичные скелеты показывают древесного гоминоида, который сохранял множество примитивных признаков, однако в ряде отношений отличался от более раннего Proconsul. Исследование плечевого пояса указывает на значительную подвижность плечевого сустава и хорошую приспособленность к древесному лазанию. В работе по детскому скелету среди относительно важных для Nacholapithecus способов перемещения прямо перечислены vertical climbing, orthograde clambering, transferring и bridging, причем их роль оценивается как более заметная, чем у Proconsul heseloni. |