Книга Кошкин муж, страница 32 – Таня Балер

— Я сам нам чай приготовлю, — отвернувшись в сторону, повысил голос, отвечая, свекор, а после спокойно продолжил расспрашивать их о фабрике, погоде и знакомых.

Привычный трёп помог Любе сбросить с себя ступор, и, не удержавшись, она склонилась поближе к камере и шёпотом полюбопытствовала:

— Вам уже повезло, и на Новый год дома вместе нас встречать будете?

— Время ещё есть, поглядим, как оно получится, — крякнув, подмигнул ей свекор и попытался поговорить с сыном, но тот отвечал невпопад, и они быстро распрощались.

— Когда твой папа сказал про отметить, я на секунду подумала, что ты скоро станешь старшим братом. Если ей лет пятьдесят девять, и яйцеклетки не закончились, а Стас Викторович примет таблеточку, то это возможно.

— Не произноси такое вслух, — весь передёрнулся Стас.

— А ты на что подумал?

— На свадьбу.

— Одно другому не мешает. Даже наоборот, они друг из друга выходят. Как честный мужчина он обязан жениться. Хотя тут ещё вопрос, кто кого совратил. Кажется, Лида не из стеснительных старых дев.

— Зачем ты такое говоришь? Я же всё это начинаю представлять, — схватившись за голову, совсем расстроился впечатлительный Стас, после чего Люба побежала в магазин за коньяком.

Заев этот во всех смыслах горячительный кофейный напиток бутербродами, Стас захотел обсудить познавательный видеозвонок. И тут снова проявилась разница в их воспитании.

Конечно, Люба не была готова лицезреть телеса посторонней женщины, но для Кошкиных физическое проявление любви не было чем-то вызывающим. А вот её супруг рос в других условиях, был уже старшеклассником, когда мама нашла себе мужа, и интимная жизнь взрослого поколения с ним не пересекалась.

— На здоровье не жалуется, настроение отличное — всё нормально, переживать не о чем.

— В каком месте нормально? Папу окучивает Лидочка. Ты видела, какая она? Он же под ней задохнуться может!

— А чего ты хотел? Считаешь, старики должны интересоваться только внуками, ходить в церковь и присматривать себе место на кладбище?

— Не утрируй, на пенсии нужно жить, а не доживать, — уже без огонька произнёс озабоченный здравием и благополучием родителя сын.

— Я не утрирую, есть и такие, а есть другие. У моих вот любовь четвёртый десяток держится, да такая большая, что они нас даже не планировали толком, само как-то получалось. А твой отец свою на седьмом десятке встретил. За них можно порадоваться, — потянуло Любовь на философские размышления. — Даже кое-чему поучиться.

— Ты шутила надо мной или действительно полагаешь, что они родить могут?

Люба выждала паузу, обдумав такую вероятность, и ответила:

— Скорее, от этого они могут какую-нибудь половую болячку подхватить, чем забеременеть.

— Половую болячку, — растеряно повторил Стас. — Как герпес и всё, что у венерологов лечат? Если от этого не умирают, то пусть развлекаются, — кажется, начал смиряться с происходящим он.

— Тебе надо к таблеткам в корзину заказа несколько пачек презервативов положить.

— Как-то неприятно ты меня успокаиваешь, жена.

Знаете это чувство, когда спокойно занимаешься своими делами, а твой муж вдруг подрывается и куда-то сваливает в тёмный вечер?

Люба вот узнала.

В такой ситуации тебя охватывают растерянность, любопытство, раздражение и нотки тревоги. А ещё капелька облегчения.