Книга Приручить и обезвредить, страница 5 – Витта Лин

— Очень вкусно пахнет, – без стеснения напрашиваюсь на ужин.

— Спасибо, я борщ готовлю. Вы голодны?

— Как зверь дикий, – голоден во всех смыслах. Поэтому я отворачиваюсь от девочки, чтобы скрыть свой стояк – вполне себе естественную реакцию на такие формы. Ну негоже сразу так шокировать. Хотя, она первая начала. Такой-то задницей.

— Понятно. Ну дверь-то почините.

В смысле? А где приглашение на борщ, где совесть, в конце концов? Лаааадно, будем брать штурмом. Нам не привыкать.

Через двадцать минут заканчиваю с дверью.

— Марта Сергевна, где ручки можно помыть?

— В ванной. Дверь сразу за вами.

Захожу в ванную. Баночки, тюбики у раковины. Мою руки, заглядываю в шкафчик. Надо же территорию исследовать. В шкафу ещё какие-то баночки, гигиенические всякие приблуды. Но больше всего меня радует то, что лежит прямо с краю и на самом видном месте. Вибратор! Ну всё, крыша у меня потекла, а надо бы чтобы киска мартовская потекла. Значит либо никого нет, либо плохо старается. Но что-то мне подсказывает, что кошка моя на вольных хлебах.

Иду на кухню прямо на запах борща!

— Хозяюшка, а тарелку борща я заслужил?

— Скажи спасибо, что утром по лицу не схлопотал!

О, сразу на «ты» перешла. Какая разница почему, главное, дистанцию сократить.

— Косяк не мой, между прочим, но я ведь дверь сделал, принцессу в башне спас.

— Ты эту принцессу в башню сам и заточил!

— Так что там с борщом? Домашнего сто лет не ел!

— Садись, – вздыхает тяжело.

Но вижу, что пытается улыбку сдержать, щёчки-то дёргаются.

Марта ставит передо мной тарелку с борщом, блюдце с салом, чесноком и зеленью, хлеб ароматный. Слюна чуть ли не капает.

Я же начинаю искать по карманам. Марта замечает мою суету.

— Потерял что-то?

— Кольцо обручальное, – личико девушки в удивлении вытягивается, – потому что за такой ужин жениться надо прям сразу!

— Ты давай угомонись. Ешь. Приятного аппетита!

Борщ пиздец какой вкусный. Не, ну это 100 из 100. Лапа ты моя. А ты моя.

— А почему ты не ешь? Очень вкусно! Готовишь – бомба!

— Я не голодная. Я от стресса готовить начинаю. Ты с салом и чесноком пробуй.

— Не, чеснок нельзя. Мне сегодня ещё целоваться.

— Ого, а жених-то, смотрю, популярный в обществе.

Хах, а что это у нас за ревнивые нотки?

— Не, жених у тебя верный, как пингвины в суровых условиях Антарктиды. Тебя целовать буду. Так что либо ты тоже давай борщ с чесноком, либо я воздержусь. Только от чеснока.

— Однако, наглости не занимать.

— Всё что есть – всё моё. А своё я не отдаю ни взаймы, ни насовсем. Спасибо, Марта, за ужин. И извини за утро и за дверь. Работа такая.

Сам я не жалею не капельки. Да ради такой девушки я сам сознательно дверь бы вышиб. Облизать хочу и тарелку и Марту.

— Переживу.

— Завтра на свидание пойдём, – поднимаюсь и иду к выходу.

— Звучит не как вопрос.

— А это и не вопрос. Ты к 19 часам будь готова, раньше я вряд ли закончу.

— Алексей, это всё, конечно, интересно, но тебе пора.

Ага, типа я не заметил игнор про завтра.

— А как же целоваться?

— Целуйся, только не со мной.

— Неее, мне кто попало не нужен, я хочу тебя, красавицу, целовать.

И пока она не успела ответить, наклоняюсь и целую в губы. Мягкие, сладкие мои.

Марта

Вот это наглость! Я опешила и позволила ему первые несколько секунд целовать себя. Пытаюсь оттолкнуть эту гору мышц от себя, а он только крепче к себе прижимает. Одна рука на затылке, другая на талии. В какой-то момент моё сопротивление слабеет. Я щупаю бицепсы, плечи. А хорош, гад! Воспользовавшись моментом, Лёша начинает дразнить меня языком, который проскальзывает между моих губ. Когда его рука сжимает мою ягодицу, я наконец прихожу в себя и отрываюсь от спецназовца. Он смотрит сверху вниз на меня и расслабляет руки.