Книга С милым рай в шалаше, страница 105 – Калина Ясина

— Точно, девочка моя, не вижу ничего. Некогда обернуться и посмотреть вокруг. Только Маринка моя меня дёргает, на неё могу смотреть. Она моего ребёночка ждёт. И я счастлив, Алина, как младенец.

— Я её знаю?

— Конечно. Вы же вместе в поликлинике работали.

— Моя Маринка? Боже, как я рада! Она захомутала вас?

— Я настаиваю, но она не хочет в ЗАГС, самостоятельная. Даже не переехала ко мне. В своей квартире живёт. Охрану за ней поставил, но она знает про неё, хоть просил не светиться.

— Да, Марина всегда наглая была. Стерва ещё та. Но я очень её люблю. Всегда любила.

— Алина, не могу долго говорить. Может, ну её эту больницу, полетели в частную, а? Маринку повидаешь, пузяка у неё уже большой. Не хотел её пугать страшилками про тебя, ты ужасно выглядишь.

— Давайте лучше вы к нам. Мы ждать будем всей Семёновкой. Тем более мы с Андрюшей скоро распишемся.

— Подумаю. Спасибо, Алинка, ты классная девчонка, не отчаиваешься, улыбаешься, позитивная всегда. Люблю тебя.

— И я вас люблю, Игорь.

Он поцеловал меня в мои синие губы и ушёл. А я плачу дальше.

--

Последние пять дней были очень волнительными. Сначала меня убили… ну, почти… Потом Богданов со своими предложениями.

Баба Маша звонила каждый день, беспокоится обо мне. Когда попала в больницу, ей ничего страшного рассказывать не стали. Но разве в деревне что скроешь? Она даже приезжала, но её не пустили. Через месяц мы с ней по телефону пару слов сказали, сложно ещё было разговаривать. Она хорошо себя чувствует, я рада.

Потом свадьба. Девчонки устроили прям настоящую. Я опять переволновалась. Следующие три дня прошли почти бессознательно. Поднималась температура, и голова кружилась. Девочки мои распереживались, корили себя за то, что сильно баламутили. Андрей был уверен, что я быстрее поправляться буду, а получилось вот так. Но он сильно не переживал, или для меня смеялся, чтобы я не переживала.

Но всё наладилось. Я пошла на поправку и очень быстро. Гипс со второй ноги сняли. Андрюша делает мне массаж, у него хорошо получается. Я уже стою на ногах, делаю небольшие шажки, ноги ещё слабые. Но я стараюсь, очень уже хочу ходить.

А ещё Андрей устраивал мне сюрприз. Лучше бы не говорил ничего. Это всегда в его манере — сказать, что сюрприз, но не сказать, какой. Он ещё больше меня раздраконил. Лучше бы сказал сразу. Нет, сразу нельзя было, я бы точно умерла.

КО МНЕ ПРИЕХАЛА КЛАВДИЯ СЕРГЕЕВНА!!!

УФ! Я выжила!

Но нервов сколько истратила. Мне снотворное надо было ставить, а не успокоительное. Оно всё равно не помогло. Андрею позвонили, а я уже с места соскакиваю.

— Вы приехали? А, зашли уже в больницу? Я сейчас выйду и вас встречу. Хорошо. — Смотрю на Алину, её трясёт. — Алина, мне тебя связать? Успокойся.

— Я спокойна, Андрей, иди.

— Жаль, ключа нет от палаты, я бы тебя закрыл.

— Я спокойна, спокойна.

— Не ходи никуда, ладно?

— Я СПОКОЙНА! — Это я уже ору, нет у меня сил.

Дышать. Дышать. Я беру себя в руки, улыбаюсь и говорю:

— Иди, Андрюшенька, я спокойно буду ждать.

Он посмотрел на меня с недоверием и пошёл. Вышел за дверь, потом вернулся и ещё раз посмотрел. Ничего не сказал. Как меня посадили в кресло, так я в нём и сижу, не шевелюсь. Медленно дышу. Да кто же мог ко мне приехать? Ведь так и не сказал, а я извелась вся.