Книга Дом вечности (сборник рассказов), страница 12 – Игорь Безрук

Он оторвался от стола и с нескрываемой радостью подскочил к девушке:

— Синьорина, синьорина, Боже, откуда вы здесь? (Взял из её озябших рук чемоданчик.) В такой дождь, в такое ненастье — вы с ума сошли!

Девушка ничего вразумительного сказать не могла — её всю буквально трясло от озноба.

Капостазионе подвел её к небольшой раскаленной железной печи и усадил на маленький колченогий табурет.

— Ничего не надо говорить. Сначала согрейтесь, время терпит, — слегка потрепал её по плечу Капостазионе. — У меня где-то в шкафу была тёплая куртка, я вам сейчас её найду, и вы быстро согреетесь. Снимайте свой плащ, он совсем сырой.

Капостазионе накинул ей на плечи куртку и предложил чашечку кофе. От выпитого кофе и огня, танцующего в раскаленной топке печи, глаза девушки немного оживились.

— Как вас зовут? — спросил Капостазионе.

— Стефани, — ответила ему девушка.

— Вы меня простите, синьорина Стефани, но могу ли я поинтересоваться, каким образом в такой поздний час и в такую ужасную погоду вы оказались на нашей станции?

Стефани расплакалась. Капостазионе поспешил успокоить её:

— Нет, нет, если не хотите, можете не отвечать. Скажите хоть, куда вам ехать?

Стефани, всхлипывая и стирая со щёк рукою слёзы, тихо отвечала:

— Мне всё равно, всё равно…

Капостазионе аж с места своего подскочил и нервно заходил по комнате. Это было как нельзя кстати! Он не удержался, чтобы не выплеснуть своего восторга:

— Могу вас обрадовать, синьорина Стефания! Сегодня обязательно, обязательно будет поезд, и вы уедете. Обычно на нашем маленьком полустанке редко когда останавливаются поезда, но сегодня, сегодня, уверяю вас, он остановится непременно! Мне уже звонили… По телефону. По этому телефону. Вы же видите: я не сплю. В такой поздний час мы обычно десятый сон видим, но в такую ночь разве уснешь?!

Капостазионе разгорячился:

— Синьорина Стефания, не отчаивайтесь. Вот смотрите, — он подскочил к сигнальной лампе на стене, — эта красная лампочка загорается, и я уже знаю — поезд идет, его нужно встретить, проводить или перевести стрелку. Так что, когда она вспыхнет и раздастся прерывистый сигнал, знайте: он мчится на всех парах, мчится к нам, сюда, чтобы забрать вас, милая Стефани…

Зажигательный рассказ Капостазионе полностью растрогал Стефани. И хотя слезы еще не совсем высохли на щеках, она слегка улыбнулась, и лицо её озарилось светом.

— И когда он будет? — спросила Стефани.

— Скоро, скоро, милая синьорина. Мы подождем. Мы будем сидеть здесь — я за столом, вы возле печи — и смотреть на этот крохотный маячок, на наш маячок, вы и я.

Стефани ещё раз улыбнулась Капостазионе и снова уткнулась в раскрытую топку печи, где так весело и волнующе полыхали разбухшие от огня поленья.

Капостазионе не стал её больше трогать и вернулся на свое место за столом. Он ликовал. Стефани была в эту ночь как подарок судьбы.

Только бы они приехали сегодня!

Капостазионе уставился на сигнальную лампочку. Почему она не загорается? Ну почему не загорается! И как всегда, словно в сказке, будто почувствовав безмерное желание Капостазионе, лампочка вспыхнула ярким алым цветом, и вслед раздался резкий прерывистый сопряженный зуммер сигнального звонка — поезд рядом.

Капостазионе вскочил:

— Он идет, идет, синьорина Стефания! — заметался по комнате, сорвал с вешалки плащ Стефани, небрежно набросил ей на плечи, поторапливая: