Книга Мятежная вдова. Тайна флибустьера, страница 110 – Яна Смолина

Их непривычные одеяния призваны были возбудить интерес. А те, кто осмеливался спросить у дам, где они приобрели свои наряды, вскоре уже вставали в линию к нашей примерочной.

Происходящее радовало меня. И не только потому, что затея с обустройством временного магазина на площади возымела успех. То и дело я ловила взглядом швей, которые живо разговаривали с пришедшими на праздник мужчинами. Я знала, что для некоторых это был первый опыт общения с противоположным полом, и оставалось надеяться, что он окажется удачным.

Конечно, не одежда красит человека. Но за жизнь я поняла одну вещь. Человек остаётся самим собой, что бы он на себя ни надел. Но от одежды зависит настроение и самоощущение. Я бы не смогла чувствовать себя одинаково в грубой робе и вечернем платье. Здесь меняется всё: осанка, взгляд, походка. Правильно подобранный образ нажимает на нужные кнопочки и буквально включает женственность. Не спорю, есть те, кто и в пыльном мешке королева. Но такую вот самооценку нужно воспитывать годами. А чтобы ускорить процесс, неплохо хотя бы иногда баловать себя красотой.

На протяжении вечера я наблюдала, как всё больше женщин и мужчин преображались. Мужскую линейку одежды мы тоже разработали. Но особого упора на неё не делали, потому что мало кто из представителей сильного пола шёл в примерочную по доброй воле. В основном их толкали туда жёны и матери, кои сами успевали к тому времени обзавестись парой-тройкой платьев.

Мои опасения насчёт примерочных подтвердились. Их оказалось мало. А у одной в какой-то момент в пылу примерок сорвали штору. Но народ это не останавливало. Кто-то переодевался там же, где стоял, не стесняясь косых взглядов, другие просили своих спутников прикрывать их.

Наш павильон произвёл фурор. Но всё же не он был главным на этом празднике.

Равноденствие в Тальдаро всегда отмечалось шумным гулянием. То тут, то там вырастали прилавки, полные горячительного, настоянного на орехах и травах, выпечки, мясных деликатесов, а также овощей, фруктов и зелени, большую часть которых я никогда не пробовала. Сама природа одаривала нас в те дни своими богатствами, тянула ветви, полные плодов, и выталкивала набухшие корнеплоды. И люди принимали её подношение с благодарностью, желая облегчить тяжкое бремя земли, взять то, что станет кормить их всю зиму, пока природа отдыхает.

Сперва я с осторожностью пробовала новые фрукты. Но вскоре осмелела, наблюдая за бесстрашием Зоуи, Беллы и Мартина, которые откусывали с аппетитом то от странного длинного жёлтого огурца, больше похожего на банан, который не требовал чистки, то от розовой штуки, которую в моём мире можно было сравнить с мудрёным вьетнамским фруктом под названием питахайя. Рисковать в своём положении я опасалась. Но решив, что фрукты и овощи уж точно не навредят малышу, отпустила страх.

Когда на площади развели костёр и заиграла музыка, мне сперва стало не по себе. Но длилось это недолго. Скоро колдовство момента захватило и меня. Люди, многие из которых, успев принять на грудь в честь праздника, с радостными возгласами пускались в пляс, заражали весельем всех вокруг. И если поначалу я опасалась резких движений, то спустя пару зажигательных мелодий, уже кружилась вместе со всеми, отдаваясь празднику и осваивая нехитрые движения традиционного танца. Многие горожане были в масках, кто-то даже изготовлял специально для праздника целые костюмы, куда забирались по двое и по трое, становясь зловещим змеем, родовым духом-защитником или диковинным зверем. На миг я испугалась, увидев двух парней, наряженных соответственно в переднюю и заднюю половину арданитас. Очень уж натуральной получилась маска животного.