Книга Мятежная вдова. Тайна флибустьера, страница 127 – Яна Смолина

Диего гладил меня по голове всё то время, пока я позволяла эмоциям излиться, увлажняя слезами его сюртук. Когда же я успокоилась и подняла на мужчину заплаканное опухшее лицо, встретила полную нежности улыбку.

— Всё настолько плохо? – спросил он.

— А ты разве не читал?

— Хотелось одно время. Но я себя пересилил. Так, что там?

— В двух словах не расскажешь. У них было целое приключение. Сначала в пути на экипаж твоих друзей напали, и те с трудом отбились. А когда Анжела и Горацио сели на корабль, в пути встретили пиратов. Анжелу, хоть она и была одета в мужское платье, распознали и готовились продать на невольничий рынок, а Горацио стал галерным гребцом. Но когда на пиратском судне случился бунт, им удалось сбежать. Много лет они скитались по пустыням Орсии. Не раз Горацио приходилось отбиваться от желающих заполучить себе Анжелу в качестве наложницы, и только недавно они смогли осесть в одном мирном поселении. Но самое главное – сейчас Горацио с Анжелой и детьми плывут сюда. Представляешь? Это письмо было написано накануне отплытия. Корабль будет здесь уже завтра!

Я восторженно встряхнула листок, чтобы ещё раз пробежаться глазами по тексту. Как же чудесно, что всё хорошо закончилось для этих двоих. И теперь им за давностью лет уже точно ничего не грозило в Тальдаро.

Уверена, Бруно будет счастлив увидеть сына живым, а Дафна… Её арестовали за участие в заговоре, который готовили Адриан и Фрида. Но муж сделал всё, чтобы супругу не казнили. Он поручился за неё, дал, вероятно, немалый откуп и увёз Дафну в одно из глухих имений далеко от людей, назначил жене охрану и оставил доживать свои дни в одиночестве.

Ходили слухи, что Дафна Сартаро сошла с ума, а когда однажды ночью попыталась сбежать, в лесу её загрыз страшный зверь с волшебной чёрной шерстью.

Кстати, о ней.

Я попросила Диего спрятать шкуру куда-нибудь подальше, чтобы не вспоминать о ней. Потому что все эти выходы на связь с потусторонними мирами – занятие неблагодарное. Да и зачем? Чему быть, того не миновать. А что требовалось, волшебная шерсть арданитас уже сделала, и я надеюсь, больше её услуги никому и никогда не понадобятся.

Убрала письмо в сумку, когда мы, выйдя из кладбищенских ворот, подошли к экипажу.

— Куда теперь? – спросил Диего, помогая мне забраться и усаживаясь напротив.

— У меня кое-какие дела в магазине. А что насчёт тебя?

— Поеду на школьный бал, – неожиданно заявил Диего. – Нужно за одним тёзкой последить.

Я рассмеялась.

— Ты серьёзно? Станешь ходить по пятам за дочерью? Она не простит тебе.

— Понадобится, стану. Использую навык не привлекать внимание. Я видел, как этот проныра на неё смотрит.

— Нормально смотрит. Не выдумывай. Твоя дочь красивая девушка и было бы странно, если б на неё не обращали внимания мужчины.

— Вот именно! – корсар вспыхнул на миг, но заставил себя успокоиться. – Марлен, не спорь. Я знаю, как это бывает, и честно скажу, думал, меня уже ничего не испугает в этой жизни. Но когда на нашу дочь глазеет какой-нибудь холуй, я сразу вижу, о чём он думает, и прихожу в ужас. Нет. Это решено. Я еду и буду там, сколько потребуется.

— Малышу Ди можно доверять. Он давно исправился.

— Мужчина всегда остаётся мужчиной, какого бы умника из себя ни строил.

— Он знает её с детства.

— Их детство закончилось.

— Риккарди хочет на ней жениться, – попыталась я надавить на последний аргумент из запасника, ни на что особенно не надеясь.

Диего подался ко мне, а когда в темноте салона многообещающе сверкнули его глаза, сказал:

— Пусть сначала докажет, что он достоин Сесилии.

Мужчина пересел ближе и, запустив руку в мои волосы, сблизил наши лица.

— Зачем ты это делаешь? – спросил он, запрокидывая мою голову и опаляя кожу дыханием. – Ты ведь знаешь, чем обычно заканчиваются наши споры.

Пришлось дождаться, когда выровняется дыхание. Затем последовал искренний, без тени лукавства ответ:

— А может быть, сеньор Борджес, я именно этого и добиваюсь. Вы не подумали?

Его губы жадно накрыли мои, как в первый раз. Как в день, когда мы брели по склону гор к Пабло Пьезоро. И как тогда я ощутила себя в полёте над миром. Свободной и счастливой.

Что я там говорила про свою молодость и его запал? Спустя семнадцать лет ничего не изменилось. Наша страсть не угасала, а наоборот, разгоралась пламенем всё выше и выше, до самых небес. И когда казалось, что наступил предел и дальше уже некуда, мы в очередной раз пробивали потолок.

Я не знаю, что ждёт нас, и сколько ещё продлится моя сказка. Но что бы ни произошло, я буду к этому готова, потому что полна сил. Моя семья даёт мне их. Та, что была в прошлой жизни и та, что со мной теперь. Я люблю всех и каждого, как только способна любить мать и жена. И кажется, что этой любви так много, что прямо сейчас я готова укрыть ею весь мир, чтобы уберечь его от невзгод и защитить от бед.

Спасибо, жизнь.