Книга Операция «Лиссабон», страница 119 – Валерий Шарапов

— Так, — тихо, как будто ее действительно подстрелили, ответила Светлана. Из глаз ее закапали горькие слезы. На сердце накатилась жгучая тоска.

— Будет он ждать тебя? Сохранит верность, узнав про скрытые драгоценности? Там, в домике возле теплого океана, под пальмами? Нужна ты ему будешь через двадцать лет, как думаешь?

Ей было жалко себя. Но Купцову нужна была не ее жалость к себе, а злость в отношении мужа.

— А хочешь, все будет наоборот? — искушал он ее.

— Это как? — Слезы мгновенно высохли, когда появился легкий просвет в будущем.

— Ты дашь показания против него. Поможешь следствию изобличить его как предателя. — Он склонил голову поближе к ней и доверительно вполголоса произнес: — Я обещаю тебе, что, как только ты подпишешь протокол против него, можешь считать себя вдовой. Мы снимем обвинения по шестьдесят четвертой статье против тебя. Ты получишь года четыре за спекуляцию, на Михаила мы закроем глаза. Через два года выйдешь по условно-досрочному и стрясешь с американцев все положенные тебе как вдове деньги.

— Правда?

— Обещаю. Мы препятствовать не будем. Мы военная контрразведка, нам важно дело о шпионаже военнослужащего раскрыть, а ты выступишь как жертва. Мы договоримся?

— Да, — кусая губы, тихо произнесла Светлана.

— Не слышу! — рявкнул подполковник, как бы заряжая ее энергией.

— Да! — прозвучало твердо в ответ.

— Сколько раз он встречался с Джоном Нортоном из ЦРУ?

— Восемь.

— Геннадий делал записи?

— Да.

— Где?

— В блокноте с красной обложкой.

— Где этот блокнот?

— В зале за книжным шкафом тайник.

Душин внимательно прочитал протокол допроса.

— Формально получается, что секретный осведомитель КГБ Зоя инициативно пошла на вербовку сотрудниками ЦРУ, чтобы разоблачить их агента среди сотрудников военного атташата в Португалии. Так?

— Так точно, товарищ генерал, — подтвердил полковник Моляков.

— А по сути, — продолжил руководитель военной контрразведки, — выходит, что жена предала родного мужа, чтобы получить деньги, за которые он предал Родину. Прямо библейский сюжет какой-то. Где блокнот?

Алексей Алексеевич протянул начальнику блокнот в красной обложке.

— Обратите внимание, товарищ генерал, Сметанин записывал в него обо всех сведениях, содержащих государственную тайну, внизу указывал запрашиваемую цену, а рядом в кружочке — сколько ему заплатили за них. Полная бухгалтерия.

— Это он сам на себя уликовый материал собирал, чтобы облегчить нам работу, — язвительно заметил Душин и брезгливо вернул блокнот оперативнику. — Дело Сметаниной о спекуляции передали гражданскому следователю?

— Передали, Николай Алексеевич.

— Подполковник Купцов, проследите, чтобы на следствии и в суде не всплыли засекреченные материалы, — распорядился Душин.

— Прослежу, товарищ генерал.

— Чего вы улыбаетесь, Виктор Иванович?

— Я, кажется, понял, почему Сметанин получил кличку Кусок.

— Интересно.

— Оперативное дело начал разрабатывать сотрудник внешней контрразведки в Лиссабоне. Это его первый разоблаченный шпион, и предполагаю, он решил его как бы пометить за собой. Это лейтенант Андрей Ломтев. Ломтев — значит, ломоть, а ломоть — это и есть кусок.

— Как вы знаете, коллеги, — Душин задумчиво откинулся в кресле, — в тысяча девятьсот восемнадцатом году при Реввоенсовете Республики было создано Регистрационное управление, или Региструпр. Это был первый орган военной агентурной разведки Рабоче-крестьянской Красной армии и военной контрразведки. В его задачи входила координация усилий всех разведывательных органов Красной армии и подготовка разведывательной информации для штаба РККА. Для регистрации агентов применялся цифро-буквенный код. Например, если сотрудник нелегальной резидентуры с кодом А–20 завербовал агента, то ему присваивался код А–20–01 и так далее. Можно было понять, кто является инициатором разработки. Вот и ваш лейтенант пошел по этому пути. Кстати, Алексей Алексеевич, будете готовить представление к поощрению за успешное выполнение операции по разоблачению американского шпиона, особо отметьте сотрудника внешней контрразведки Ломтева Андрея Владимировича, крестника подполковника Купцова. Заслужил.

Моляков и Купцов вышли из кабинета генерала.

— Поздравляю, Виктор Иванович, такое дело непростое завершили.

— Дела по предателям никогда простыми не бывают, Алексей Алексеевич. Удивительная тенденция прослеживается, — с улыбкой заметил подполковник. — Андрей Ломтев и в Анголе принимал участие в операции с алмазами, и в нашем деле эти камни фигурируют. Прямо тенденция у него такая.

— Ну, а что вы хотите, — тоже улыбнулся собеседник. — Существует же поверье, что бриллианты, алмазы могут приносить удачу и успех, но только если они получены честным путем. Эти камни сами выбирают, кого осчастливить своим расположением, и эта связь, человека и алмаза, говорят, навсегда.

Другие книги доступны в библиотеке moreknig.org.