Книга Мельница ангелов, страница 115 – Андреас Грубер

Пока Кольшмид продолжал кричать, Хогарт поднялся по лестнице наверх. Он погасил керосиновую лампу, перебросил лопату через край колодца и выбрался наружу.

— Вы меня вообще слушаете?

— Что? Да, конечно, — запыхавшись, ответил Хогарт, снова поднеся телефон к уху.

— Где вы находитесь? Связь ужасная.

— Я иду по следу за городом.

Тем временем темные тучи затянули все небо. Казалось, сумерки наступили раньше времени. Вдали прогремел гром. Поднявшийся ветер зашумел в сосновом лесу. Промокшая от пота рубашка липла к телу. Хогарта пробирала дрожь. Слушая Кольшмида, он неловко надел пиджак и, опустив взгляд, посмотрел на себя. Он выглядел так, будто участвовал в грязевых боях, ботинки и брюки были полностью испорчены. Лучше об этом не думать — эта дурацкая затея совершенно себя не оправдала.

— Чем бы вы сейчас ни занимались, мне в ближайшие часы нужны неопровержимые доказательства поджога, виновный, ход событий или мотив!

— Я работаю над этим.

Хогарт понес лопату в погреб. Распахнув дверь, он первым делом взглянул на потолок. Пауки снова бросились в самые дальние углы — туда, где царили тьма и сырость, а в деревянных ящиках тихо прели картофелины. Хогарт прислонил лопату к косяку и прищурился. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, он различил, что в глубине хранились не только ящики с овощами. Он сделал шаг вперед, в густую полутьму. У задней стены погреба, где рядом с поддонами громоздились сотни брикетов, деревянный потолок переходил прямо в земляной свод. Погреб уходил в сам холм. Неудивительно, что здесь водилось столько живности. Но отвращение к паукам мгновенно исчезло, когда он заметил в самом углу, рядом с брикетами, несколько канистр с бензином.

— Хогарт? — донесся голос Кольшмида.

— Вы отнимаете у меня время. Я перезвоню!

Он отключил телефон, пригнулся и пробрался вглубь. С усилием вытащил наружу один из контейнеров — тяжелую черную двадцатилитровую канистру с зеленой крышкой, съемным носиком и крупной предупреждающей наклейкой сбоку. «Боже мой, это оно!» Если повезет, в канистрах — бензин марки «Супер-плюс», неэтилированный, с высоким содержанием алкенов. Теперь не хватало только мотива.

Хогарт широко распахнул дверь, чтобы в погреб проникло как можно больше света. Затем снова прошел вглубь, надеясь найти новые улики, которые могли бы изобличить Мадлен. Но там лежали лишь засохшие экскременты. Из угла тянуло резким запахом мочи — наверняка здесь тоже хозяйничала куница. Зверь не только пометил канистры, но и погрыз крышки, сорвал этикетки и повредил пластиковые емкости. Кроме того, он разрыл землю. На полу отчетливо виднелись следы когтей куницы. Похоже, хищник пролез через щель под деревянной дверью, привлеченный запахом бензина. В разрыхленной почве лежал грязный лоскут ткани. Хогарт хотел поднять его, чтобы вытереть руки, но ткань оказалась наполовину зарыта в землю. Он потянул — и земляная корка треснула. Кто-то закопал здесь обрывки ткани, возможно даже одежды. Может быть, это была окровавленная одежда Мадлен с ночи убийства.

Хогарт схватился за лопату и вонзил ее в землю. Если на этой ткани найдется хоть капля крови с ДНК Островского, Дорнауэра или Фальтля, Мадлен предъявят обвинение не только за убийство своих родителей, но еще за три убийства. Немного покопав, он понял, что это. Клетчатая хлопковая рубашка. Пуговицы все еще были на месте. Насколько позволял низкий погреб, он с силой вогнал лопату в землю. Услышав треск, он застыл в движении. Перехватив лопату, Хогарт повернул полотно и навалился всем весом на черенок. Инструмент с хрустом вошел глубже в землю. Он тут же выдернул лопату, отбросил ее, рухнул на колени и принялся рыть руками. В нос ударил отвратительный смрад. Его затошнило. Пальцы погрузились во что-то мягкое. Это точно были не корни. Хогарт лихорадочно разгребал землю в стороны. Вскоре перед ним показалась человеческая рука, откопанная до самого запястья. Плоть высохла, подушечки пальцев отсутствовали. Судя по всему, рука лежала на животе — именно туда Хогарт и вонзил лопату. От увиденного его вывернуло кофе, выпитым утром. Желудочная кислота подступила к горлу и хлынула через нос. Хрипя, он на четвереньках выполз наружу, рухнул на спину и жадно вдохнул свежий воздух.