Книга Мой внутренний ребенок хочет убивать осознанно, страница 92 – Карстен Дюсс

— Катарина, – осторожно начал я, – я бы хотел объяснить тебе то, что ты увидела на зеркале в моем туалете.

— Ты не должен ничего объяснять, – возразила она.

Я не совсем понял, было это сказано в позитивном ключе или в негативном.

— Но нам надо хоть раз спокойно обсудить это. И не в дверях, – попытался я развить наш диалог.

Если смотреть безоценочно, то последовавшее в ответ молчание было, по крайней мере, позитивнее, чем если бы Катарина вообще не взяла трубку или снова бросила бы ее.

— Катарина?

— Да. Ты прав. Давай поговорим.

— Когда ты заберешь Эмили сегодня?

— Я… немного устала после первого рабочего дня. Сегодня хочу просто забрать Эмили и поехать сразу домой. Но завтра вечером я могу подъехать на полчаса пораньше. Где-то в половине четвертого, пойдет?

— Хорошо, так и поступим. А… как твой первый рабочий день?

— В целом очень хорошо. Приятно снова чувствовать себя человеком, а не только матерью.

— Есть разница?

— А кто у нас в родительском комитете вместе с пятью матерями?

— Туше́.

Едва я закончил разговор, как мой мобильный снова зазвонил. Но эта была не Катарина – высветился незнакомый номер.

— Бьорн Димель.

— Ну и как, плохо было? – спросила Лаура.

«Одно хуже другого! – закричал мой внутренний ребенок. – И надпись на зеркале, и этот брат».

— Что конкретно ты имеешь в виду? Надпись твоей губной помадой на зеркале или обед с твоим братом?

— Что такого плохого в надписи? Меня замучила совесть, что я повесила тебе на шею своего брата, и я просто хотела сказать, что и без брата с удовольствием осталась бы у тебя подольше.

Звучало очень мило.

— Я бы тоже наверняка порадовался этой надписи, если бы прочел ее раньше моей жены.

Короткое, честное, смущенное молчание на том конце провода. Это было интересно – как разные женщины используют молчание в общении. А потом:

— Мне очень жаль. Я как-то не подумала, что кто-то еще, кроме тебя… Должно было получиться классно. Извини, правда. Надеюсь, у тебя не возникло неприятностей?

— Ну да, зеркало можно и новое купить. А вот с семью годами несчастий^[39] придется что-то делать.

— Могу я как-то загладить вину?

Неприятности за неслучившуюся измену на меня уже свалились. Так, может, меня еще ждут недополученные радости?

«Убей своего брата и вернись в Баварию». – Мой внутренний ребенок явно придерживался другого мнения.

— Может, нам поговорить об этом наедине в спокойной обстановке?

Лаура, к счастью, не уловила ничего из моего внутреннего диспута.

— С большим удовольствием. Как насчет завтрашнего вечера? Я свободна. Курт приглядит за Максом.

Наверно, мне стоило сначала все прояснить с Катариной, прежде чем договариваться о следующем свидании.

— Я пока не знаю, получится ли. Позвоню тебе завтра после обеда, идет?

— Звучит неплохо. И мне действительно очень жаль, что так получилось с зеркалом. Это было как-то по-ребячески.

По-детски, чуть не поправил я. Но тут я был не совсем уверен.