Книга Тайна одной кошечки, страница 13 – Хлоя Минт

— А кто ещё был в доме в тот день?

— Охрана на въезде. Двое в смене. Горничная, но она убиралась на втором этаже. Шеф-повар на кухне. Сам Григорий Алексеевич уехал с утра в офис, вернулся только к вечеру.

— И камеры не работали, — пробормотала я, делая пометку в блокноте. — Очень удобно.

— Вот и я о том же! — оживился Никита. — Их за два дня до этого вырубило. Электрик приезжал, сказал — короткое замыкание, надо менять проводку. Но Григорий Алексеевич всё откладывал. Говорил, дорого.

Я хмыкнула. Олигарх экономил на проводке. Интересные у людей приоритеты.

— А что насчёт людей, которые бывали на участке? — подалась вперёд. — Может, за несколько дней до пропажи кто-то приезжал? Кого-то ты видел впервые?

Никита нахмурился, усиленно вспоминая. Его светлые брови сошлись на переносице, лоб прорезала глубокая морщина.

— Да вроде нет... — протянул садовник неуверенно. — Курьер привозил какие-то документы. Ветеринар заезжал на плановый осмотр, но это было за неделю. Ещё... Ах да, женщина какая-то приезжала. На такси. Я её раньше не видел. Но она быстро ушла, меня даже не заметила.

— Женщина? — я насторожилась. — Как она выглядела?

— Ну... — мужчина замялся, — богато. Вся такая... ухоженная. В шубе, хотя ещё и холодов не было. Блондинка. Высокая.

Сделала ещё одну пометку. Блондинка в шубе. Не густо. Но уже хоть что-то.

— Никита, — отложила ручку и посмотрела ему прямо в глаза, — подумай вот о чём. Кто, кроме тебя, заботился об Оззи? Кто вообще имел к нему доступ? Кормил, играл, возил на выставки?

— Так я и возил, — пожал плечами садовник. — И кормил. И играл. Я ж говорю, он ко мне...

— А кроме тебя? — настойчиво перебила. — Может, кто-то из домашних? Жена Григория? Дети? Родственники?

Никита замер. Его руки, всё это время терзавшие салфетку, наконец замерли. Взгляд стал отсутствующим — он явно погрузился в воспоминания, причём куда более глубоко, чем раньше.

— Жена... — медленно произнёс он, словно пробуя слово на вкус. — Жена Григория Алексеевича.

— И? — я подалась вперёд, чувствуя, как внутри загорается крошечный огонёк надежды.

— Марина Викторовна, — продолжил Никита, его лицо вдруг осветилось каким-то тёплым воспоминанием. — Она часто с Оззи возилась. Даже чаще, чем сам хозяин. Чесала за ушком, разговаривала с ним, покупала какие-то игрушки. Оззи её любил. У неё на коленях мог часами спать, а от других убегал.

Я быстро строчила в блокноте. Марина Викторовна. Жена олигарха. Любит кота. Имеет доступ. Интересно.

— Почему вы не говорили о ней раньше? — спросила, поднимая взгляд.

Садовник смутился и снова принялся терзать салфетку.

— Да как-то... не к слову пришлось. Она ж сейчас не живёт в доме. У них с Григорием Алексеевичем... — он замялся, понизив голос до шёпота, хотя в кафе мы были почти одни. — Развод.

Ручка замерла в моей руке.

— Развод?

— Ну да. Говорят, громкий. С разделом имущества, скандалами, адвокатами. Марина Викторовна съехала ещё месяц назад, до пропажи Оззи.

Я медленно отложила ручку. В голове закрутились шестерёнки, складывая разрозненные факты в новую, пока ещё шаткую, но уже угадываемую картину.

Жена в процессе развода. Громкий раздел имущества. И кота крадут — без следов взлома, без свидетелей, при отключённых камерах.

Кто, как не бывшая жена, знает распорядок дня в доме? Кто, как не она, имеет доступ, ключи и, возможно, мотив насолить бывшему мужу?