Книга Убийство, кино и немного книг, страница 20 – Элли Александер

— Они не для демонстрации. Это – одни из редчайших записей в мире. Я не собираюсь раскладывать тут контейнеры с пленками: мы же не на гаражной распродаже. Они должны постоянно находиться в поле моего зрения. Я ясно выразился?

Нужно было посадить его за стол рядом с Мартином. Тогда они провели бы ужин, пытаясь перещеголять друг друга в собственной важности.

— Вам решать, – сказала я Руфусу. – Думаю, что ваша коллекция здесь будет в безопасности, но если вы предпочитаете, то, конечно, можете держать ее рядом с собой за столом. Ваше место – вот здесь.

— И есть, положив ее себе на колени? Нет уж.

Подперев коробку, он направился к барным столикам.

Неудивительно, что они с Лиамом дружили. Он обладал той же склонностью к нарциссизму. Зачем он принес старые фильмы, если не хотел, чтобы к ним кто-то прикасался?

Мне некогда было пускаться в размышления, потому что повар подал на стол блюдо с закусками. Лиам разливал напитки, а гости продолжали прибывать. Присутствующие наслаждались фаршированными грибами и яйцами.

Когда наконец вошли Флетчер и Хэл, я ощутила, как исчезает напряжение у меня в шее.

— Слава богу, вы пришли, – приобняла я их.

Хэл имел особенно щеголеватый вид. Вместо привычного дырявого кардигана и вельветовых штанов в рубчик он надел шорты цвета хаки, лоферы и рубашку с коротким рукавом в стиле «готическая библиотека», украшенную черепами, воронами, пишущими машинками и пузырьками с ядом.

— Что-то случилось? – Хэл окинул беспокойным взглядом ресторан.

— Не совсем, – прошептала я, жестом приглашая их с Флетчером придвинуться поближе. – Тут у Хезер уже разгорелась драма. Она сегодня вечером пытается произвести впечатление на Мартина Паркера. – Я указала на кинокритика, жадно потягивавшего свой сухой мартини у барной стойки. – Имейте в виду, что она категорически требует, чтобы Мартина обслуживали первым и чтобы ему никогда не приходилось чего-то ждать.

— Разве этот ужин не для всех? – спросил Хэл.

— Для всех, но у Хезер особая миссия: сделать так, чтобы этот вечер стал лучшим в его жизни.

— Пытается заполучить хорошую рецензию, – отметил Флетчер.

— Она этого даже не скрывает. Она мне сказала, что этот фильм и вся ее карьера зависят от критики Мартина.

Хэл присвистнул.

— Ничего себе.

Прежде чем я успела что-то ответить, дверь резко распахнулась, словно выбитая мощным порывом летнего ветра. Вскинув левую руку, женщина с уложенными ежиком волосами кислотно-розового цвета, одетая в черные кожаные штаны и туфли на десятисантиметровых шпильках, взмахнула унизанными кольцами пальцами.

— А вот и я. Теперь вечеринку можно начинать.

В пабе повисла тишина.

Заметив ледяной взгляд Хезер, я невольно придвинулась поближе к Хэлу в поисках защиты.

— Иззи, какого черта ты здесь делаешь?

Иззи расплылась в сияющей улыбке.

— Ой, а ты что, не слышала? Я – особая гостья Мартина.

Хезер выронила бокал с вином, и тот разбился о потрескавшийся деревянный пол. Мерло расплескалось, словно кровь.

— Какие-то проблемы, Хезер? – Взяв на барной стойке салфетку, Мартин промокнул вино с пиджака.

Хезер опустилась на колени, чтобы собрать осколки стекла.

— Оставьте их, – предупредил ее Лиам, взяв щетку и совок. – Я сам об этом позабочусь.

Поднявшись на ноги, Хезер уставилась на свои перепачканные ладони, словно они принадлежали кому-то другому.