Книга Ошибка в титрах, страница 42 – Ася Моро

Анна отвечала ему с той же исступленной страстью. Она вцепилась в его плечи, притягивая ближе, чувствуя жар его тела даже сквозь одежду. Весь страх, отчаяние и боль последних часов трансформировались в дикую, первобытную потребность быть единым целым.

Он подхватил ее на руки так легко, словно она ничего не весила, и понес к кровати. Мир для Анны сузился до ощущения его сильных рук и бешеного стука его сердца у ее щеки.

— Я люблю тебя... — выдохнул он, укладывая ее на прохладные простыни и нависая над ней. — Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня самого.

Его губы снова накрыли ее рот, лишая возможности ответить. Да слова и не были нужны. Все говорили их тела, их прикосновения, их сбивчивое дыхание.

Он сорвал с нее блузку, пуговицы разлетелись по полу — ему было все равно. Его губы проложили огненную дорожку от ее шеи вниз, к кружеву бюстгальтера. Его здоровая рука справилась с застежкой в одно мгновение.

— Ты прекрасна... — прошептал он, глядя на нее затуманенным взглядом. В полумраке комнаты ее кожа казалась фарфоровой.

Он целовал ее грудь, дразнил соски языком, заставляя Анну выгибаться ему навстречу и тихо стонать от наслаждения. Его пальцы ловко справились с молнией на ее юбке, и через секунду одежда стала лишь ненужной преградой на полу.

Анна потянула его на себя, лихорадочно расстегивая ремень на его джинсах. Ей нужно было чувствовать его — всего, без остатка. Забыть обо всем, кроме этого момента.

Он вошел в нее одним мощным, уверенным толчком. Анна вскрикнула, впиваясь ногтями в его спину. Это было острое, почти невыносимое чувство наполненности.

— Тише... тише... — прошептал он, замирая на мгновение и давая ей привыкнуть. — Я здесь... я с тобой...

А затем он начал двигаться. Сначала медленно, глубоко, словно смакуя каждое мгновение. Но постепенно ритм нарастал, превращаясь в яростный, бешеный танец страсти. Он брал ее сильно и глубоко, Анна встречала каждый толчок, поднимая бедра ему навстречу. Их тела блестели от пота в тусклом свете ночника.

— Смотри на меня... — хрипло приказал он.

Анна открыла глаза и утонула в темной бездне его взгляда. В этом взгляде было все: любовь, страсть, нежность и обещание вечности.

Оргазм накрыл их одновременно — мощной, сокрушительной волной, которая заставила их тела содрогнуться в сладких судорогах. Анна закричала, впиваясь зубами в его плечо, чтобы заглушить звук. Николас глухо застонал ее имя, изливаясь в нее и прижимая к себе так крепко, что стало трудно дышать.

Они лежали обессиленные, сплетенные в единое целое. Николас уткнулся лицом в ее волосы, все еще тяжело дыша.

— Я не отпущу тебя больше. Никогда.

Анна провела пальцами по его влажной спине:

— Тебе и не придется.

Он приподнялся на локте и посмотрел на нее с такой нежностью, что у нее защемило сердце.

— Я люблю тебя, миссис Гарсия.

Она улыбнулась ему в темноте:

— А я люблю тебя, мистер Гарсия.

И в этой тихой комнате, вдали от шума и суеты мира, они наконец-то были просто собой — без масок, без притворства и без страха перед будущим. Они были вместе. И это было единственное, что имело значение.

Утро ворвалось в номер полосами яркого света, безжалостно разрушая магию прошедшей ночи. Анна проснулась первой. Николас спал, лежа на животе, его здоровая рука была закинута за голову, а лицо, лишенное привычной маски самоуверенности, выглядело по-мальчишески юным и беззащитным. Простыня сползла, обнажив его спину, и Анна, не удержавшись, провела кончиками пальцев по шраму от аварии. Он вздрогнул во сне, но не проснулся.