Книга Молот. Запретная страсть, страница 82 – Руби Райт

Черт, теория вероятности нервно курит в сторонке, потому что мы ее разгромили в пух и прах. Я разгромила.

Удивительно…

— И что дальше? Матвей тебя отпустил и что дальше? — История еще не закончена. Я чувствую, что это далеко не конец.

— Сказал не светиться и ждать звонка.

— Ну да, собственно, что ты и делаешь сейчас. — Ирония пропитала мой голос. — Нарядилась, раскрасилась и приперлась в самый большой ТЦ города.

— Ну ты же меня знаешь…

Улыбается и посмеивается. Она вообще не понимает, что, возможно, ее безопасность под угрозой? И моя, между прочим, тоже.

— Вот именно. Знаю, — закончила на середине фразы и не продолжила дальше. Думаю, что нельзя говорить своей матери, что она безмозглая идиотка с полным отсутствием чувства самосохранения. Но какой мы она ни была, она моя мама и другой у меня нет. Никого больше нет…

— Пройдемся по магазинам? — выдает эта женщина, сидящая напротив, а я молчу. Вглядываюсь ее лицо и молчу. Она ведь и впрямь не притворяется. У нее все хорошо. И плевать, что последний месяц ей только и делали что угрожали.

— А пошли, — соглашаюсь в итоге. — У меня тут деньги появились халявные.

— Много?

— Пять лямов, — говорю гордо. Есть чем гордиться.

— Нормально. И откуда такой улов? — Ее глаза загораются огоньком. Тем, что заставляет ее делать все то, что она делает. В частности, незаконное.

— Продала душу дьяволу…

— И как его зовут? — ехидно спросила и пялится.

— Матвей Молотов, мам, — зачем-то решаю признаться.

А почему нет? Мне больше не с кем поговорить об этом.

— Ну слава тебе господи, — говорит так громко, что женщина, проходящая рядом, бросает на нас пренебрежительный взгляд. — Лерка, нужно родить.

Мама опять ляпнула невпопад, и я на секунду закрыла глаза, чтобы успокоиться и не наорать на нее прямо тут.

— Родить?

— Да, доченька. От такого, как Молотов, нужно рожать. И поскорее. Такие мужчины вечно окружены женским вниманием. Они плохие мужья, но детенка своего не бросят, и ты будешь на всю свою жизнь обеспечена. Влюбиться еще успеешь, а рожать нужно сейчас.

— Ты слышишь себя? — Я могла бы впасть в ярость, заорать на мать, но не стала. Не могу орать на нее, она же как ребенок. Как большой, но глупый ребенок.

— Мне нужно, чтобы ты меня услышала. У вас серьезно?

— У нас все кончено.

— Как? — охает мама и выпячивает глаза. Даже за сердце схватилась. Кажется, я сломала все ее планы. И самый главный — стать бабушкой.

— Окончательно, — заявляю уверенно.

— Нет. Нет-нет-нет. Давай, позвони ему, назначь встречу. Мы тебя сейчас приоденем, и вы помиритесь. Так и будет, пошли…

Мама крепко схватила меня за руку и потащила к первому попавшемуся бутику с бельем.

* * *

Первый и последний раз я сходила в магазин с мамой. Клянусь.

Эта женщина — ненормальная. Во всех смыслах. Она буквально помешалась на идее, что мне срочно нужно родить от Молотова. И нет, она не печется о моем будущем, я уверена. Она уже планирует, как быстренько породнится с Молотовыми и начнет сосать из них деньги. Но этому не бывать. Точно нет.

Моя работа окончена. Я больше не буду связываться с такими людьми, как Молотовы. Ни с кем не буду.

Я спокойно доучусь в институте и снова буду брать мелкие заказы. Больше никаких интриг, игр и странных мужчин. Я не их круга, совсем другая. Мне нравится сидеть дома и тыкать в планшет, а не вот это все. С интригами и мнимыми женихами я завязала. Навсегда.