Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
— Бабичке Жденке кур перепоручай. Не кривись. Она посмотрит. К ней дети чаще наведываются. А протопить тут Сарка с ее мужем сумеют. Не перетрудятся. Тоже родня... Ведь все можно организовать. Зато в семье, в тепле перебудешь стужу. Соглашайся пожить с моими... А то сердце теперь не на месте... - рвано, не заканчивая мысли-тревоги, рассуждала я вслух уже на пороге, прощаясь.. — А как наших родичей оставить? Ты их призраками зовёшь, а они и мне поддержка, и дому — охрана... - начал было он о своём, но тут же осёкся, заметив снова выступившие у меня слёзы. — Ты не думай! Я у тебя молодцом. Пистолет в склепе и петли двери регулярно маслом смазываю. Вдруг пригодится когда. Помни! — Ну, ты старый, удумал! Я в Иране, халупа с оружием тут! — Не зарекайся, Мишка. Судьба, она хвостом только так машет. То радостно, как псина, что хозяина дождалась. То наотмашь, как бычок, со всей дури бодая. Не отказывайся. Прислушайся к моим словам. Потом вспомнишь... А пока, береги себя, девочка, и правнука мне здоровенького рожай! Небу молиться буду, а у предков — силы и защиты тебе просить. — Ладно. Не переживай так, дедечек. Я буду пробовать дозвониться, хотя это трудно оттуда. Жилка не бросит. Обещала, божилась, минимум раз в две недели, будет к тебе наведываться. Фрукты летом и по осени поможет собрать. А на моих не серчай. Мама то с отцом дома, то на работе. Сиделок оплачивать нужно. Норка с малышкойсидит. Алекс деньги зарабатывает. Некогда им так далеко сюда добираться... Зато Жилка поможет! Он махнул, соглашаясь и не став сейчас напоминать, как ценит мою подружку, как любит рыжих и глазастых... Стоя у облупившегося краской деревянного забора, старик после прощальных объятий и рукопожатия с мужчинами, проговорил, со сквозящей грустью в каждом слове, мне уже сидящей на заднем сидении машины и приспустившей стекло окна. — Не забывай, Мишка. Любимее внучки у меня не было и нет... Уже в самолете я прокручивала всё произошедшее за быстро пролетевшие две недели отдыха на родине. Поездку на концерт, о котором еще упомяну потом. Сдачу экзаменов и даже готовность диплома для разрешенной защиты "онлайн", теплую встречу с профессором Анделовой, несказанно обрадовавшейся мне и захотевшей услышать все-все мои новости... Мельком "добрый день" куда-то спешащему вместе с коллегой-преподавателем Драхославу Седлаку... Обалденную по эмоциям поездку с двумя рыжулями — моей крестницей и подругой Жилкой в ресторан и потом — в детский парк, пока Адам был на службе... Все в медовом месяце меня радовало и не могло вывести из состояния счастья. Только еще одно "но" не дает теперь покоя. Второе взволновавшее меня происшествие, как я теперь это называю, случилось на стыке пересадок из одного самолета на другой, в Стамбуле. Мы переходили в зону ожидания рейса на Тегеран. Масуд и Реза, как два приклеенных по моим бокам защитных щита не отставали, Али шел рядом с Зхубином, а у меня появилось ощущение тревоги. Рука потянулась к груди, потом ладонью накрыла живот. Явное чувство, что кто-то следит за нашим передвижением, устремив свой пристальный взгляд на меня конкретно, заставило повернуть голову и всмотреться в ту сторону, где был этот "кто-то". Взгляд заметался, не находя никого подходящего, пока не заметила на втором этаже с первого, где была, спину уходящего мужчины. |