Книга Глубже моря любви, страница 50 – Макс Линн

— Дааа. — стону я, чтобы хоть немного сбить темп вбивающегося в меня члена.

Но Зхубин понимает это по-своему. Горячий твердый пенис тут же прекращает движение в одной тесноте и утыкается в более тесное отверстие. Меня накрывает с головой и некогда реагировать на то, как медленно, миллиметр за миллиметром погружается его древко и...

Мужчина стонет. Мои уши улавливают эти утробные звуки удовольствия, подкатывающие и к нему в слишком взявшей его плоть зажатости.

Границы первого оргазма не чувствуется. Наступает второй, стоит мне только ощутить, как входит до конца и скользит снова и снова он во мне.

До предела и обратно.

Внутри — сплошной кайф, разливающийся больше и дальше, завладевший каждой, без исключения, молекулой.

Я ловлю себя на том, что глаза влажны из-за слез — удовольствия. И тут же, понимаю, что Зхубин достиг пика, рвано дыша, ловя ртом воздух, насыщенный нашим сексом, он наполняет всю мою бывшую стесненность своим семенем...

Мы сотрясаемся теперь в унисон и я ловлю себя на мысли, что мне щеконтно от сладости, переполняющего меня множественного оргазма.

— Отпусти. — прошу.

— Люблю тебя. — отвечает он и его руки вжимают меня к его телу так, словно задумали срастить нас вместе.

Его палец оказывается на моем клиторе и...

Все повторяется.

До умопомрачения.

Пальцы.

Найденная точка невозврата.

Ритм...

— Глубже. Пожалуйста… Дааа. Еще... - стону я, подмахивая его движениям.

— Шайтан! — вскрикивает вскоре Зхубин, когда я уже совсем обессиленная опускаюсь на живот, а потом вялой массой переворачиваюсь на бок.

— У нас осталось меньше двух часов до вылета в Тегеран.

— Хочу на Киш. — мурлыкая, капризничаю в ответ. — Разве мы не позавтракаем? У них тут есть сарма? — добавляю шлифовку к своему капризу, входя во вкус своей беременности!

— Сначала устроим бракосочетание. — тоном, не требующим возражения говорит он, тянется к своему смартфону, смотрит количество неотвеченных звонков и тут же переходит на фарси, выпуская несколько пошлых словечек, которым я успела научиться у Резы.

Строю невозмутимую мину и встаю. Мои ступни утопают в пушистости ворса ковра.

Пока принимаю душ одна, без вмешательства, ловлю себя на мысли, что с иранцем я будто в другом измерении, дающем мне такое удовольствие и счастье, которые я ни с кем не знала. Очарование! Иначе не определить мое душевное и физическое состояние от общения с этим мужчиной — моим будущим мужем.

— Я люблю. Я любима. Я привыкну. Я буду счастлива и не разочаруюсь... - словно заклиная саму себя, повторяю вслух на словацком..

В дверь коротко и негромко тарабанят пальцы и перебивают мои позитивные установки на будущее.

— Пора, Михаэля-джан! Одевайся и выходи. Завтрак накрыт. Через полтора часа у нас чартерный рейс.

— Почему чартерный? — выглядываю к нему голышом, так и не начав сушить волосы. — В нормальном самолете мне бы дали много тошнотных пакетиков, а в этом может не хватить...

Он застыл на мгновение, обдумывая услышанное, но потом рассмеялся.

— Дни теперь распланированы по часам и даже минутам. Нельзя опоздать в Тегеране на договоренную встречу с имамом... После я зафиксировал в ежедневнике массу других полезных для нашего будущего дел. Самое главное — это подготовка к свадьбе. Единственное время, когда я оставлю тебя чуть-чуть наедине с собой и ты можешь отдохнуть, это два часа онлайн-конференций с моими отделами в офисе и с некоторыми подчиненными. Ты не против?