Книга Глубже моря любви, страница 89 – Макс Линн

Прислушавшись к себе и поняв, что малыш спокойно переносит недлинный перелет, я открыла на планшете папку с электронным дневником, решив записать свои ощущения накануне бракосочетания.

"Что должна чувствовать женщина, собравшаяся завтра замуж?

Нет. Не так. В третий раз замуж. Да простят меня те, кто не был в этой фигне ни разу!.."

Погода Киша порадовала и удивила теплом, как в летний сезон на Пагу.

Чего скрывать от самой себя, я вспоминаю остров и Томислава. Даже накануне бракосочетания с другим мужчиной. Как там хорват? Хочется думать, что уже нет проблем со здоровьем и его рана после операции зажила...

"Что за судьба у меня такая?" — подумала я. Ведь Франтишка в некоторой степени права. Да и Жилка тоже... Но я сделала свой выбор. Не разрывать же сердце на части между двумя любимыми мужчинами?!

Нет.

С Зхубином у нас будет ребенок. Это перевешивает всё. И точка.

Мне уже двадцать пятый год пошел. Пожила. Повидала. Напутешествовалась. Пора и образумиться!

К тому же диплом на носу... В сравнении с сопливыми первокурсницами я сейчас — старуха. Даже в крубешник выбраться — не вариант. Ходячий minulý čas — прошедшее время. Ребенка скоро рожу. Сколько можно метаться от одного к другому? Пора определиться!

Вечером того же дня, когда Зхубин освободился от встреч некоторых, как он объяснил, очень и слишком высокопоставленных гостей нашей свадьбы в его отеле на побережье, мы прогулялись недалеко от виллы по берегу.

Охранники следовали по пятам, по сути беря нас в кольцо, будто вот-вот мог кто-то помешать идиллии. Из-за всего этого никакого романтического настроения у меня не случилось. Раздраконилась на нервах больше, чем отдохнула перед завтрашним длинным днем свадбы.

К тому же иранец постоянно принимал от кого-то звонки, распоряжался и руководил встречей и расселением прибывающих гостей на нашу свадьбу.

— Сейчас я устрою тебе сюрприз, а потом мы идем спать! Завтра и послезавтра у нас очень ответственные дни... - уже во дворе на пороге дома, берясь за ручку двери, предупредил меня любимый.

— Боюсь неожиданно выскакивающих на розовых ногах... Если это очередной пипец, то тебе не поздоровится в нашей спальне! — успела предупредить я и встала, как вкопанная!

Спиной ко мне в гостиной сидела...

Эти волосы и, как мне почудился даже на расстоянии аромат духов...

— Мммаааамаааа! — заорала я, впустив свое забытое давно заикание, когда сильно взволнована и, опрокинув на пути стойку с зонтами, полетела к ней. — Но как ты успел?! — тут же восторженно, обнимая свою дорогую мамичку, оглянулась я на иранца.

Его лицо сейчас светилось от радости — за меня.

— Мамнун и тысяча мерси!

— Мамнун! — вторила мама, сжимая меня, но смотря на будущего зятя.

Наверняка она заранее поинтересовалась в словацко-персидском разговорнике, как будет "спасибо", и прочие вежливости.

— ХахЭш миконАм. — кивнул мой жених в ответ "пожалуйста".

Наговориться с ней, уведя в патио, я не успела. Бегло изложила ей суть иранских обычаев, показала до сих пор не смывшуюся хну на ладонях после Хана Бандан или ночи хны, проведенной недавно в Тегеране, а главное, мы вместе порадовались моей беременности, обсудив некоторые очень важные вопросы...

Она коротко объяснила, что папа сейчас, благодаря Зхубину, в лечебном санатории. Ведь перелет ему противопоказан по состоянию здоровья. Норка и Алекс с маленькой Михаэлой остались на хозяйстве в доме.