Книга Сага о принце на белом коне. Книга 2, страница 180 – Юлия Стешенко

— Вон там! — рыжая выперлась на лужайку так уверенно, словно в нее никогда не стреляли. — Он стекло выбил!

Позади что-то грохнуло. Гулкий металлический звук заставил рыжую обернуться — и тут же полыхнула повозка, мирно стоящая у ворот.

— Машина! Он поджег машину! — завопил кто-то невидимый — судя по голосу, мужик.

— Не он! Это другой! Тут кто-то еще есть!

Плотно сбившиеся в кружок колдуны зашевелились, осматривая территорию. Очкарик подсветил соседний двор, но никого не обнаружил — предусмотрительная Ива явно забилась в кусты.

— Черт! — мужичок в оранжевой рубахе взмахнул руками. Повозку закрыл прозрачный купол, и пламя под ним начало гаснуть. Торвальд подбросил в руке второй нож. Позиция была идеальной — но кого резать? Кто тут самый опасный? А, была не была. Торвальд размахнулся. Клинок вошел в оранжевую рубашку по рукоять. Мужичок ухватился за нее, неловко дернул и начал оседать на землю.

— Дорти! Нет! — седая, рухнув на колени, рывком выдернула нож и зажала ладонями рану. Ее губы шевелились, по пальцами прыгали белые искры, лицо приобрело сосредоточенное, напряженное выражение.

Минус четыре. И даже минус пять — раз уж эта старуха останется возле раненого. Торвальд, ухватив стул, изо всех сил шарахнул им о стену, напоминая о собственном существовании. Ну же, родимые! Идите к папочке!

Приглашение не пришлось повторять.

— Так! Лести, стой тут, — рыжая тетка тыкнула пальцем в траву. — Морри, дуй на ту сторону. Заблокируйте все окна, те, что на втором этаже тоже! Готри, смотри за соседним двором, если там кто-то шевельнется, бей на поражение. А мы пойдем в дом. Этого ублюдка нужно убрать. Поднимите щиты!

Вот гадство. Нужно было рыжую резать. Ну кто мог предположить, что за главного у них баба? Торвальд досадливо цыкнул зубом, но тут же утешился. Рыжая решила идти в дом — а значит, ошибку легко исправить. Мягко ступая, он выскользнул в коридор, а оттуда — в темный провал комнаты. Скрипнула входная дверь.

Дом тут же залило светом — ярким, пронзительным, он лился ниоткуда и отовсюду, не оставляя места теням. Хреново. Торвальд прижался к стене, затаив дыхание. Скрипнула половица. Еще раз. И еще.

Торвальд бесшумно сполз по стене, прижимаясь к полу.

Шаги медленно приближались.

Когда они поравнялись с дверным проемом, Торвальд броском вывалился в коридор, махнув топором над самым полом.

В этом и заключается чарующая прелесть топоров. Неважно, куда ты попадешь. Главное — попасть.

Лезвие, мелькнув серебряной рыбкой, пролетело под голубоватой пленкой щита, с хрустом врубившись колдуну в ногу. Рыжая вскинула руку, и Торвальд, наученный горьким опытом, сиганул в сторону. Зря сиганул — потому что лиловая клякса, пролетев высоко над головой, врезалась в потолок. Мужик, пошатнувшись, потерял равновесие, толкнул рыжую — и они вдвоем рухнули на пол. Мужик при этом визжал, как свинья в случку. Можно подумать, ему ногу начисто отрубили. Ну рана, ну бывает. Чего орать?!

Колдун верещал, рыжая пыталась спихнуть с себя тяжелое тело, и Торвальд решил использовать ситуацию — размахнувшись, рубанул купол щита. Загудело так, словно он в пожарный колокол ударил. Отдача рванула древко из рук, и Торвальд отшатнулся. Рыжая, извернувшись, швырнула еще одну лиловую кляксу. Торвальд просто перепрыгнул через нее. И снова. И снова. Не так уж и сложно, если приловчиться. Но не прыгать же до бесконечности — а достать рыжую под щитом Торвальд не мог. Но это ж под куполом!