Книга Стервочка Лиса, страница 153 – Лана Муар

— Виктория Александровна… как? – всхлипываю я.

— Ничего не говори, моя хорошая. Ничего не нужно говорить. Он живой… Главное, что живой… Ты послушай, а я…

Она выпускает мою руку, мягко гладит по плечу и, поцеловав в висок подрагивающими губами, медленно, будто сомнамбула, побрела к дверям, прижимая к груди ладошку.

Я не знаю сколько времени пролежала в постели, не считала сколько раз мне в ладонь ударилось сердце Елисея и сколько раз ответило мое. Я слушала, слушала, слушала и не могла оторваться. Выгнала Твиксов с едой – мне было не до нее, нарычала на Лайка, сунувшегося с подносом в комнату. И только Виктория Александровна уговорила меня сходить перекусить и принять душ, пока она будет менять капельницы и снимать кардиограмму.

С мокрыми волосами я спустилась вниз и поздоровалась с Сергеем Яковлевичем и Лерой. Почему-то она и две других девушки, приходившие в больницу, не вызывали у меня приступов ревности, как Юлиана, хотя и выглядели ни на грамм не хуже, а может даже и лучше. Не знаю, не могу объяснить, но рядом с Лерой я не чувствовала себя какой-то ущербной или, что читалось во взгляде юриста, очередной Рыбкой. Она была другая, теплая что ли. И мне не хотелось ее расстраивать, когда на стол опустились тарелки.

— Я с тобой тоже поем, за компанию, – улыбнулась Лера. – Сережа, давай, поухаживай, – взглядом показала на бокалы и бутылку вина, добавив уже мне, – По чуть-чуть. Надо.

— Хорошо, – кивнула я, опускаясь на стул, и убрала печатку выбившуюся из-под халата. Посмотрела на Лиховецкого, и он кивнул:

— Забава Андреевна, после обязательно поговорим. Приятного аппетита, – наполнил наши бокалы на треть, поставил их рядом с тарелками, а бутылку в центр стола. – Не буду вам мешать. Пойду собак выгуляю. Гуль, Галл!

Ротвейлеры бодро стартанули на выход, бортуя друг друга и замешкавшегося в дверях мужчину, что не могло не улыбнуть.

— Так, сегодня у нас в меню исконно русская и сытная еда под названием «Налетай, пока горячее», – Лера достала из духовки противень с картофельной запеканкой, хитро подмигнула на халат Елисея на мне, добавив, – С Лисом можешь не беспокоиться за пару лишних калорий. Поэтому давай-ка отрежу я тебе кусочек побольше. Давай свою тарелку сюда. Ох, боюсь я, Забава. Умотает этот изверг тебя почем зря, как только на ноги встанет. Как пить дать, не выпустит из кровати неделю, а то и две. Так что давай, лапочка моя, отъедайся заранее. Там тебе не до этого будет.

— А может, это я его умотаю, – улыбнулась я, и девушка звонко рассмеялась:

— Все может быть, ты у нас девочка-загадка, – Лера подняла свой бокал, салютуя, – Ну давай, накатим для аппетита.

— А почему загадка? – поинтересовалась я, делая небольшой глоток и дуя на дымящуюся запеканку.

— Ой, вы посмотрите, люди! – развела она руками, – У нашего лиса лисонька под стать! Сама ничего не говорит, а знать все хочет. Но чует мое сердце, мы с тобой ой как подружимся. И даже не пробуй отказываться, – погрозила мне девушка вилкой. – Я тебе все слабые места Елисея сдам, будешь из него веревки вить.

— А разве они у него есть?

— Не поверишь, есть, – наклонившись над столом, Лера поманила меня к себе и прошептала. – Вот как только узнаю, так тебе первой точно расскажу. Обещаю. Но на то он и лис, что никому ничего про себя не рассказывает.