Книга После нас, страница 279 – Катерина Затула

— Решил вернуть контроль хотя бы над собой. Работал, встречался с другими женщинами, делал вид, что ты осталась в прошлом.

— Получилось?

— Нет.

Я ответил сразу. Катя опустила взгляд на раскрытый чемодан.

— Но ты всё равно прожил без меня почти два с половиной года. Значит, смог.

— Существовать — да. Я вставал в шесть утра, проводил совещания, зарабатывал деньги и иногда трахал женщин, имён которых через неделю не помнил. Я вообще многое могу, Катя. Только счастливым не был ни одного дня.

Её лицо осталось неподвижным, но пальцы сильнее сжали край чемодана.

— И за всё это время ты ни разу не искал меня и не попытался узнать, как я?

— Не искал. Однажды спросил Кристину. Она сказала, что у тебя появился человек, который занимает всё твоё время. Я решил, что ты встретила мужчину.

— Она говорила об Алисе.

— Теперь знаю. А тогда вернулся домой и несколько часов убеждал себя, что мне плевать.

Катя отвернулась и принялась перекладывать лежавшую сверху футболку, хотя та и без того была аккуратно сложена.

— Убедил?

— Нет.

— Если бы ты нашёл меня… — произнесла она едва слышно и замолчала.

— Что?

— Теперь уже неважно. Я не знаю, что тогда произошло бы. Правда не знаю. Но ты не приехал, не позвонил, не сказал ничего из того, что говоришь сейчас.

— Я знаю. И уже не могу никак этого исправить.

Она снова посмотрела на меня.

— Очень удобно признать ошибку спустя два с половиной года.

— В этом нет ничего удобного. Я ошибся, Катя, и я очень об этом жалею.

Между нами повисла тишина.

— И что изменилось сейчас? — наконец спросила она.

Я посмотрел на раскрытый чемодан, а потом снова ей в глаза.

— Я.

Катя невесело усмехнулась, но во взгляде ничего не изменилось.

— За три недели?

— Нет. За два с половиной года без тебя. Просто до сегодняшнего дня мне снова удавалось делать вид, что слов не требуется.

— А теперь потребовались, потому что я начала собирать вещи?

Я перевёл взгляд на чемодан. Ещё недавно он был забит её платьями, бельём и косметикой, которые Катя привезла в мой дом. Теперь всё это могло исчезнуть из него за несколько минут.

— Теперь я увидел этот чемодан и понял, что во второй раз ты можешь уйти по той же причине. Потому что я опять решил, будто ты обязана сама понимать всё, что происходит у меня в голове.

Катя ничего не ответила. Только скрестила руки на груди, словно пыталась отгородиться хотя бы так. Я сделал шаг к ней, но на этот раз не прикоснулся.

— Я не произнёс этого возле лаборатории. Не искал тебя. Не сказал после твоего возвращения, хотя должен был сделать это в первый же день. Вместо этого злился, угрожал, распоряжался твоей жизнью, словно этого достаточно.

— Ты ещё собирался уничтожить меня.

— Передумал.

Уголки её губ едва заметно дрогнули. Так быстро, что можно было решить, будто мне показалось. Но я слишком хорошо знал это лицо.

— Очень великодушно с твоей стороны.

— Я вообще довольно быстро меняю планы, когда ты рядом.

— Неправда. Обычно ты меняешь мои.

— Это тоже верно.

Её короткая улыбка исчезла. Катя снова посмотрела на чемодан.

— Никит, я не хотела заставлять тебя признаваться.

— Ты меня не заставила. Я сказал это не из-за чемодана.

— Я буквально собрала вещи.

— Ты собиралась уехать молча. Если бы я не вернулся за документами, вечером обнаружил бы пустую спальню.