Книга После нас, страница 42 – Катерина Затула

— Помню.

Он произнёс это почти сквозь зубы. Я кивнула.

— Так вот… Азаматов. Я тоже имела такое право.

В квартире повисла тишина. Он смотрел на меня несколько секунд, потом коротко усмехнулся.

— Право? Ты называешь это правом?

Я ничего не ответила, и он снова сделал шаг ко мне.

— Нет, Катя. Это было не право. Это был твой сучий эгоизм. Ты решила за себя, за меня и за неё. — он резко провёл рукой по лицу. — Ты хотя бы понимаешь, что ты натворила?

— Понимаю.

— Нет. — Он покачал головой. — Ни хрена ты не понимаешь. Ты решила, что имеешь право лишить её отца.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Нет. Я спасла её от…

— От чего?!

Он снова сорвался и в считанные секунды подскочил ко мне, ударил со всей силы ладонью по стене рядом с моей головой так резко, что я невольно отшатнулась.

— От меня?! От человека, который даже не знал, что у него есть дочь?!

Он тяжело дышал.

— Ты лишила меня полутора лет моего ребенка. Лишила первых шагов, первого слова, первого дня рождения, первого «папа». — он резко осёкся и усмехнулся. — Хотя нет… Последнего вообще не было. Потому что ты решила, что он ей не нужен.

Он снова посмотрел мне прямо в глаза.

— И после этого ты ещё говоришь мне про право?

Я почувствовала, как внутри всё болезненно сжалось.

— Нет, Никита, не от тебя.

Он зло усмехнулся.

— Тогда от кого?

Я выдержала его взгляд.

— От жизни, в которой её отец был бы рядом только потому, что должен.

Он замер. Я продолжила уже спокойнее, смотря ему прямо в глаза.

— Ты правда не понимаешь? Тогда я напомню. После Сочи ты первым делом начал говорить про ответственность.

Он хотел что-то сказать, но я не дала ему.

— Не перебивай. Ты говорил только о том, что мы оба должны были думать, что это изменит жизнь не только тебе, что ты имеешь право принимать решение.

Я горько усмехнулась.

— А потом наш последний разговор в этой квартире? Что ты мне сказал? Что ты не готов ни к чему. И знаешь, что я тогда услышала? Я услышала мужчину, который не хочет ребёнка. Я услышала мужчину, который не хочет семью. Я услышала мужчину, который не хочет меня. Поэтому… Да. Я приняла такое решение.

Он несколько секунд просто смотрел на меня. Потом медленно покачал головой.

— Нет… — его голос стал совсем тихим — Ты ничего не поняла. Если бы ты тогда сказала…

— Что? — я перебила его — Что бы изменилось, Никита?

Он открыл рот и… не ответил. Я грустно улыбнулась.

— Вот видишь. Я так и думала.

— Не смей. — он снова заорал. — Не смей сейчас делать вид, что знаешь, что бы я сделал.

— Ты так уверен, что был бы хорошим отцом? А я слишком хорошо помню мужчину, который честно сказал мне, что не готов даже выбрать женщину. Так почему я должна была поверить, что он готов выбрать ребёнка?

Из детской снова донёсся плач Алисы. Я тут же развернулась в сторону комнаты и посмотрела на него.

— Уходи. Проваливай, Азаматов. Мне сейчас не до тебя.

Он даже не шелохнулся. Я сделала шаг к двери, он молча пошёл следом. Я зло посмотрела на него и тихо предупреждающе произнесла:

— Не вздумай туда идти.

Он сделал еще один шаг за мной. Я резко развернулась и упёрлась ладонью ему в грудь. Он с отвращением посмотрел на мою руку и резким движением сбросил её с себя.

— Не указывай мне что делать, поняла?

— Я не пущу тебя к ребёнку, даже не думай.