Книга После нас, страница 66 – Катерина Затула

Кажется, единственным человеком, которому здесь разрешалось нарушать любые правила, всегда была я. В детстве я носилась по газонам. Каталась на велосипеде прямо по дорожкам, где отец встречал гостей. Пряталась в его кабинете во время важных переговоров. И однажды даже разрисовала фломастером стену в библиотеке. Мама тогда была уверена, что мне конец. Отец посмотрел на художество, потом на меня и только сказал:

— Следующий раз рисуй на бумаге.

Кажется, после этого мама ещё неделю с ним не разговаривала. Я тихо рассмеялась. Артём потом ворчал, что, будь это он, отец бы заставил его самому перекрашивать весь этаж. Наверное... Он был бы прав.

Я снова посмотрела на Алису. Она заворочалась во сне, крепче обняла зайца и тихо вздохнула.

— Ну что, зайка, — прошептала я. — Пойдём знакомить дедушку с правдой.

Я заглушила двигатель. И не успела открыть дверь, когда из дома уже вышел отец. Он спускался с крыльца неторопливо, одной рукой придерживая дверь. Светлая рубашка с закатанными до локтей рукавами. Тёмные брюки. На лице привычное спокойствие человека, которого в этой жизни мало что могло застать врасплох. Увидев мою машину, он чуть улыбнулся. А потом его взгляд скользнул на заднее сиденье. Улыбка стала другой. Настоящей. Я вышла из машины.

— Привет, пап.

— Привет, дочь.

Он подошёл и поцеловал меня в висок. Как всегда. Будто мне всё ещё было пятнадцать, и я только вернулась домой после школы. Отец не спросил, почему я приехала без предупреждения. Не спросил, почему выгляжу так, словно не спала всю ночь. Он вообще редко задавал вопросы сразу. Сначала смотрел, потом думал и только потом говорил.

Он обошёл машину и открыл заднюю дверь. Алиса проснулась почти сразу. Моргнула, несколько секунд сонно смотрела на него, а потом сильнее прижала зайца к груди. Отец наклонился.

— Проснулась?

Она молчала. Большие карие глаза внимательно изучали его.

— Не узнала дедушку? — спросил он.

Алиса перевела взгляд на меня.

— Мама.

— Да, зайка. Это дедушка.

Алиса осторожно протянула ему зайца. Отец посмотрел на игрушку. Потом на неё.

— Мне?

Она кивнула. Он взял зайца двумя пальцами, внимательно осмотрел и серьёзно произнёс:

— Хороший.

Алиса наконец улыбнулась. Через минуту она уже позволила ему расстегнуть ремни. Ещё через несколько секунд оказалась у него на руках, одной рукой обняв за шею, а второй пытаясь забрать обратно своего зайца.

— Быстро ты, — пробормотала я.

Отец посмотрел на меня поверх её головы.

— Умею договариваться.

— С полуторагодовалым ребёнком особенно удобно. Она пока не знает, кто ты.

— Тем лучше.

Он понёс Алису к дому. Я достала сумку и пошла следом. На крыльце появилась мама.

— Катенька, вы уже приехали?

Она спустилась навстречу, даже не надев обувь до конца. На одной ноге туфля сидела нормально, на другой пятка всё время выскальзывала.

— Почему ты не позвонила? Я бы приготовила обед раньше. Алиса ела? Она не замёрзла? Почему без кофты?

— Мам, на улице двадцать семь градусов.

— В машине кондиционер.

— Она не замёрзла.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я её мать.

Мама уже не слушала. Она обняла меня, быстро поцеловала в щёку и тут же потянулась к Алисе.

— Иди ко мне, моя девочка.

Алиса отвернулась и сильнее прижалась к отцу. Мама возмущённо посмотрела на него.