Книга Измена. Вернуть жену, страница 93 – Анна Гур

— Я помогу, опущу тебя в ванну и беспокоить не буду, там достаточно глубоко, и я боюсь, что в том состоянии, в котором ты сейчас, можешь навернуться.

Сил нет даже на то, чтобы огрызнуться, что до недавних пор Игната мало волновала моя безопасность, хотя... эта искорка зажигается и тухнет, потому что в сердце цветет надежда, что

Игнат так же не виноват во всем том ужасе, который обрушился на нас, как и я...

Игнат замечает мое смущение, выдыхает и идет к шкафу, достает белоснежное полотенце и протягивает мне, сам отворачивается.

— Разденься и обернись в него.

А я сжимаю в руках полотенце и все жду, что он огрызнется, скажет, что видел меня уже голой, но

Игнат стоит спиной ко мне, а я начинаю освобождать окоченевшее тело от остатка одежды, ощущая какой-то трепет, который зарождается внизу живота.

Абсолютно нагая выпрямляюсь и оборачиваюсь в полотенце, как велено, а затем скольжу взглядом по огромному зеркалу, расположенному по центру ванной комнаты, и напарываюсь на взгляд Юсупова, который внимательно следил за мной.

И взгляд его — огонь, который вспыхивает на дне янтарных глаз, заставляет меня на мгновение замереть, но я не успеваю ничего сказать, Юсупов резко разворачивается и берет меня на руки, несет в сторону уже заполненного водой мини-бассейна...

Бережно опускает меня в душистую пену, прямо так, в полотенце.

Сам мокнет, но при этом взгляда от меня не отводит, протягивает руку и будто тормозит, пальцы сжимает, застывает и смотрит на меня внимательно...

А Я… я вдруг понимаю, что он уходить не хочет и словно не рискует остаться. И это Юсупов.

Не знаю, почему я поднимаю голову, гляжу в его такие страшные глаза и говорю едва слышно.

— Не уходи.

Замирает от моих слов, будто не ожидает подобного от меня, а я и сама не ждала, что попрошу своего зверя остаться.

Но.. когда он рядом, боль, которая в груди, будто затупляется, и мне совсем не хочется оставаться в одиночестве сейчас, потому что тело согревает горячая вода, а вот в душе все тот же ледяной холод.

Не знаю, как истолковывает мою просьбу Игнат, но он явно выворачивает ее как-то иначе, добавляет смысл, который я не вкладывала, потому что Юсупов выпрямляется и принимается стягивать с себя мокрую одежду, а я…

Я почему-то слова вымолвить не могу, так и смотрю, как оголяется, изучаю игру мышц на широкой спине, как руки массивные напрягаются, и сама ночь нашу вспоминаю.

Наконец от брюк начинает избавляться, с пряжкой ремня играет и спустя мгновения абсолютно голый поворачивается ко мне, возбужденный...

Сглатываю, но Юсупов спокойно садится в ванную и заглядывает мне в лицо.

— Не бойся, Юля. Я не трону, пока сама не захочешь. просто быть рядом с тобой и не хотеть тебя выше моих сил.

— Ты ведь что то узнал, - выговариваю совершенно неожиданно для себя и концентрирую все свое внимание на строгом лице мужчины, которое в это мгновение будто судорогой идет.

В глазах Юсупова такая боль зажигается, кажется, что я ее физически ощущать начинаю.

— Я разбираюсь, — отвечает коротко и вновь смотрит так, что душу мне наизнанку выворачивает.

— Есть нестыковки, которые я сейчас ловлю, есть многое, что я еще должен вскрыть… но..

замолкает. В глазах у него что-то будто тенью пробегает, когда Юсупов выдает:

— Я не знаю, что говорить, как говорить, с чего начать.. ведь я не умею просить прощения, никогда не просил, а в нашей с тобой ситуации, что бы я ни сказал, этого будет недостаточно! —