Книга Господа психологи, страница 43 – Соня Дивицкая

— Н-да… – вздыхали девочки, – Что ни говори, а европейское качество – есть европейское качество.

Когда счастливая Алена насытилась и прильнула к Юргену на широкую грудь, он решил сообщить ей про шлепанцы.

— Он еще помнил про шлепанцы! – нашим девушкам, это, конечно, не понравилось.

— Да! – Алена тоже все еще обижалась, – Да! Представьте себе! После безумного секса, он встает, поправляет постель и делает мне выговор! Натоптала я ему!

Бельгийцев тоже удивило это мелкое обстоятельства, но трактовка была другой. Друзья решили, что Юрген выполняет чужую работу.

— Ты объяснял ей про шлепанцы?

— Да, я сказал: «Посмотри, тут есть шкаф, есть шлепанцы для душа, не нужно разбрасывать вещи».

— И что?

— Она меня поняла!

— И что сказала?

— Она сказала: «Ах ты, сучий потрах!».

— Что это значит?

— Я не нашел в словаре, но думаю, это комплимент. Секс-бомб, дамский угодник, что-то в этом роде.

И российская, и бельгийская сторона немного успокоились. И те, и другие, недолго думая, заказали итальянскую пиццу. Девушки взяли большую Маргариту, и Алена тоже от вредной еды не отказалась.

— Ах, если б вы знали, сколько калорий я сожгла!

3

На второй день отпуска в программе Юргена стоял романтический ужин. В ресторан Алена решила пойти в оригинальном вечернем платье. Узкий длинный чулок эффектно обтягивал подтянутое тело, хотя расцветочка была кричащей. Орущей, прямо скажем, была расцветочка. Вьетнамские дизайнеры разместили целый зоопарк на квадратном метре трикотажа. Тигр, черная пантера, красный попугайские хвост, змеиные кольца…

— Страшный сон гринписовца! – Алена засмеялась и внимательно посмотрела на Юргена, – А что я зря в солярии потела? Мне же надо свои труды показать!

— Хорошо, хорошо… – улыбнулся Юрген. – Не снимай, иди в этом.

Городской кэжуал надоел ему до такой степени, что женщины, одетые в рубашки, джинсы и костюмы перестали его возбуждать. Стандартные спортивные бабы вызывали тоску. Конечно, у себя, в Монсе, он ни за что бы не повел Алену на выгул в ее орущем платье, но здесь, в Анталии, эта тряпочка была вполне уместной. И уж если честно, развратный вырез на спине, ему всегда нравился.

Алена привела Юргена в ресторан для русских туристов. Она прошла за столик и улыбнулась в предвкушении – сейчас ее обслужат как султаншу.

Турки вынесли широкий поднос с морскими гадами. Рыба, омары, крабы, креветки, все были живыми, все шевелили клешнями и ластами. Алена вытерла руки теплым влажным полотенцем и выбирала, кого бы ей сегодня съесть. Официант стоял тут же с блокнотом. Большой омар посмотрел на клиентку и закрыл глаза.

— Хочу его, – решила Алена.

Старший официант начал рассказывать, как можно приготовить турецкого омара, можно сварить, а можно кинуть на гриль, мальчики выстроились с подносом закусок… Юрген пролистал меню и спросил:

— Где цены?

Меню было очень удобное, с картинками, но без цен. Да, опять же для русских: показываешь пальцем – и тебе несут, почти то же самое, что на картинке.

— Ноу прайс, – объяснили турки, – Мы выпишем счет в конце ужина.

Юрген эти восточные кренделя не понял. Он поднялся и взял Алену за руку.

— Ноу прайс – ноу бизнес, – он им так и сказал.

— И я за ним поплетухала! На своих каблуках! – смеялась Алена, – В своем тропическом платье! А он идет и возмущается: «Это неправильно! Так быть не должно!»