Книга Господа психологи, страница 46 – Соня Дивицкая

Ей передали гуманитарную помощь: сигарету, зажигалку и банку пива. Пару часиков Алена читала с балкона лекцию о том, как невыносимы европейцы, и как скучна их жизнь.

— По режиму, – она потешалась, – Все по режиму!

В шесть утра у нее над ухом зазвонил будильник. Алена брыкалась, пряталась под одеялом, бурчала «я сплю, отстаньте от меня, я в отпуске». Но ее разбудили.

— Ты не в отпуске, Дарлинг, – Юрген завязывал ей кроссовки, – ты со мной.

А почему бы и не подышать с утра пораньше свежим воздухом? Всего пять километров, да трусцой, по набережной?

— Кам он! Кам он! – подгонял Юрген, – Дарлинг, донт слип, донт слип!

«Мне повезло, – на бегу размышляла Алена, – Мне крупно повезло. Не каждой женщине достается такой тренер!»

Пять километров – детский лепет, после такой пробежки и лифт не стоит ждать. Алена доползла до номера, скинула майку, стряхнула шорты и первой встала под душ. И ведь приятно было освежиться! Европейцы они же не дураки, что придумали эти свои утренние пробежки.

Из душа Алена вышла свеженькой и бодренькой. И тут она увидела странную картину. Юрген собрал ее вещи, те, что она только что бросила на пол, и сложил их аккуратно, как в магазине, стопкой на тумбочку. Рядом такой же стопкой лежала его спортивная форма.

— Зачем? – она не поняла, – Это же все грязное…

Юрген не стал объяснять дикой женщине, почему вещи нужно складывать, а не разбрасывать по полу. Этим утром он понял: для того, чтобы женщина тебя поняла, ничего говорить не нужно. Нужно все показывать, наглядно, как в младшей школе, поэтому он зашел в ванную и оттуда поманил Алену пальчиком.

— Смотри, дарлинг, – сказал он загадочно.

Смотреть нужно было на умывальник, на столик у раковины, где лежали туалетные принадлежности: с одной стороны Аленины, с другой Юргена.

— Что это? – он спросил, указывая на женскую сторону.

Алена растерялась, она решила, что начинается урок иностранного языка, и стала называть по-английски все предметы, пользуясь этикетками как шпаргалкой.

— Мыло, тоник, шампунь…

— Нет, нет, дарлинг, – Юрген улыбнулся, можно представить, как ему было весело, – Смотри сюда.

Он указал на свои умывальные причиндалы. Все его тюбики и флакончики были аккуратно выставлены в одну линеечку строго по росту.

— Нужно вот так, – он сказал, – Это правильно.

Так вот оно в чем было дело! Юрген хотел, чтобы и Аленины флакончики тоже стояли как солдатики на плацу. Он даже показал, как это делается, построил их, сначала большой, потом поменьше, поменьше… Расческу рядом с феном, зубную щетку в стаканчик. Красиво получилось. И удобно: взяла, что нужно – поставь на место.

— Это правильно, это порядок, – он повторил терпеливо, как ребенку из вспомогательной школы, – Андестенд, дарлинг?

— Иди ты в жопу! – Алена обиделась.

Она смахнула с раковину все его труды и снова выставила свою косметику безалаберной кучкой.

— Вот так вот нужно! – она боролась за свои права, – Как я привыкла – так и нужно! Андестенд?

Да, нелегко, кто спорит, нелегко жить в одном номере с незнакомым фактически мужчиной, да еще целых две недели. Но люди терпят, как-то ведь выносят друг друга и по десять лет, и по двадцать.

Через пару дней строптивая Алена притерпелась. Она уже не обращала внимания, когда за ужином в ресторане Юрген доставал калькулятор и проверял счет. Она не удивлялась, когда он уходил купить воды не в ближайший магазин у отеля, а в тот, что был в пяти минутах. Да потому что в отельном магазине баллон воды стоил полтора евро, а в дальнем – один евро. И что там трудного пройтись минут пять-десять, да хоть и по жаре?