Книга Мажор. Ставка на любовь, страница 76 – Ева Енисеева

Я проснулась от того, что Тимур поднялся с кровати слишком резко, будто прозвенел будильник, но будильника я не слышала. В комнате было ещё темно, только тусклый свет пробивался сквозь шторы.

— Подъём, Ви, нам пора ехать, — его голос прозвучал хрипло, но без вчерашнего тепла.

Я протёрла глаза, всё ещё в его халате, и на секунду подумала, что это сон. Но нет — он уже натягивал джинсы, лицо каменное, под глазами тени и усталость, будто он совсем не спал.

Телефон завибрировал. «Отец».

Тимур нахмурился и вышел в коридор, даже не взглянув на меня.

Одевалась я в спешке — кто-то принёс стопку с моей одеждой. Стыдно-то как… и на мне всё ещё не было трусиков. Теперь это не казалось уже волнующим. Это ощущалось страшной уязвимостью.

С каждой секундой этого дурацкого утра я чувствовала, что вся та нежность, которой мы делились вчера, превращается в пепел.

Поездка в Вересково была короткой и на вкус, как алкогольный шот — словно одним глотком нас вытолкнуло в реальность, где вовсе и не предусмотрено никакое «мы», что я так живо нафантазировала вчера.

Тимур молчал. Его пальцы выбивали ритм по рулю, он сжимал кожаную обшивку и смотрел исключительно на дорогу. Хмуро. Почти зло.

Жалеет?

Я тоже на него старалась не смотреть. Уставилась в окно, не зная, что сказать. Хотелось разозлиться. Хотелось дать ему пощёчину. Хотелось вернуться во вчера и почувствовать то тепло, которое он дарил мне одним своим присутствием в комнате.

Но у меня не было на это сил.

Я чувствовала себя раздавленной. В груди неприятно холодело.

Всю дорогу меня грыз только один вопрос: почему?

Почему он так со мной?

Тимур припарковался на студенческой парковке.

— Я напишу тебе позже, — сказал он, в первый раз за утро взглянув в мои глаза.

Хотелось расплакаться. Но я расправила плечи.

— Не стоит, у меня сегодня много дел, — сказала твёрдым голосом.

Он промолчал.

Я тоже.

Вот и всё.

Я уже открыла дверь, когда Тимур схватил меня за запястье.

— Извини, Ви. Мне нужно к отцу. Надо кое в чём разобраться, а после я тебе напишу.

Его голос был взволнованным. Странным. Злым и при этом… не знаю, я будто прочувствовала какую-то затаённую боль, которую Тимур держал в себе всё утро, и которая теперь прорвалась наружу.

Я кивнула и вышла.

В общежитии Лена уже не спала. Она сидела в комнате, уткнувшись в телефон, но когда я вошла, подняла на меня глаза — слишком внимательные.

— Вика, наконец-то ты пришла, — взволнованно протянула она. — Вик, только не переживай сильно, ладно?

— В смысле? — я нахмурилась, вешая сумку на крючок.

Лена прищурилась и спросила прямо:

— Ты с ним переспала, да?

Я почувствовала, как жар ударил в лицо.

— С чего ты…

— Ты в комнате не ночевала, и он тоже, — Лена скривилась, но потом посерьёзнела. — Слушай… лучше ты узнаешь от меня.

О чём же ещё я не знаю?..

Я молча расстёгивала рубашку, чтобы принять душ и окончательно очнуться от прошедшей волшебной ночи, смыть с себя пыльцу выдуманных фей и фантомной нежности...

— Тимур и Даня поспорили на тебя.

Пальцы замерли на очередной пуговице.

— Что? — я вскинула голову.

— Кто первый тебя затащит в постель тому достанется навороченная тачка, — сказала она и сочувствие в её взгляде было невозможно подделать.

Я продолжила действовать спокойно.