Книга Что-то на французском, страница 63 – Татьяна Грачева

Было жарко и неуютно, июль выдался пыльный, Алтын жаловалась, что посиделки в местном кафе — это не настоящая свадьба, и требовала украшенную цветами машину и выкуп по всем правилам. Данил помнил тот месяц смутно, он вообще не соображал, что происходит и с трудом представлял своё будущее в роли мужа и отца. Насколько незрелым и неготовым к ответственности он тогда был. Какая семья, у него яичница не всегда получалась!

А началось всё в марте, в начале последней школьной весны. Они познакомились на дискотеке, посвященной Международному женскому дню, через два дня пошли на первое свидание, через неделю она пригласила его на чай. Он не рассчитывал даже на поцелуи, не то что на секс. А случилось всё и не один раз. Две недели он приходил к Алтын в гости в те дни, когда её мама была на смене. Но на ночь никогда не оставался, но им хватало и дня. Это сейчас он понимал, что должен был позаботиться о презервативах, а тогда почему-то поверил Алтын, «что есть такие дни, в которые невозможно забеременеть». Какие такие дни? Полнолуние, затмение? Да он же не представлял, как устроен женский организм. «Срамной» параграф по анатомии им дали на самообразование. Он только картинки посмотрел и похихикал над словом «овогенез».

Данил не был влюблен. Алтын нравилась и только. Но в тот период он точно думал не головой. Им двигало любопытство и гормоны. Ему словно открыли новый мир и пустили во взрослую жизнь, о которой он только читал и слышал краем уха. Одноклассники передразнивали лягушек на каналах, жарили рыбьи пузыри и подсматривали за мартовскими котами, а у него всё было по-взрослому.

Самым неприятным, пожалуй, было то, что он не мог оправдаться любовью. Да он куриные сердечки больше любил и жвачки «Турбо». Алтын была яркой блондинкой с всегда черными корнями волос. Её родной жгучий цвет побеждал даже девятипроцентный окислитель. Она порхала по дискотекам и постоянно с кем-то встречалась. Ходили слухи, что в восьмом классе она сделала аборт, а в девятом встречалась с физруком. Она казалась взрослее старшеклассников, училась плохо, одевалась откровенно. Бабульки о ней сплетничали, а молодёжь завидовала.

Мама Алтын работала медсестрой, воспитывала дочку одна и до выпускного наказывала ремнем, что не мешало Алтын творить всё, что вздумается и постоянно влипать в пикантные ситуации. Она была своеобразной местной звездой. О ней все знали, не все здоровались, у неё было много приятелей, но мало кто по-настоящему с ней дружил. Лада ходила за Алтын по пятам, порой влипала в неприятности за компанию.

Как по-разному воспринимается одно и то же в разном возрасте. Его семнадцатилетнего манила откровенная пошлость Алтын, сейчас он брезгливо морщился от воспоминаний о продавленном диване и засаленной шторе. Когда всё случилось впервые, он побоялся показаться лохом и трусом, что-то сбивчиво насочинял о приезжих в Васильевку девчонках, с которыми сто лет назад переспал двадцать раз. Всё боялся, что опозорится, неуместно хихикал и вёл себя умышленно развязно. Согласиться на секс из желания показаться секс-гигантом, пожалуй, даже хуже, чем из жалости. Какой же он был желторотый идиот!

В конце марта их встречи закончились. Когда она перестала звать его на чай, он испытал облегчение, снова вернулся к учебе и планам на будущее. Был доволен приобретённым опытом и одновременно стыдился того, как и с кем его приобрёл. Чаще всего вспоминал не обнаженную Алтын, а муху, раздавленную на подоконнике, пролежавшую все две недели их отношений. Сашке он, естественно, ничего не рассказывал, хотя весь конец марта они практически не виделись и она явно что-то подозревала.