Книга Развод. Цена твоей измены, страница 104 – Ира Дейл

Хоть я все еще туго соображаю, но постепенно до меня все-таки доходит… Герману нужен препарат! Похоже, у него самого не получилось дописать формулу. Муж, конечно, гениальный химик, но с одной бедой — он ненавидит проверять свою работу, поэтому часто не видит допущенных им ошибок. Раньше Герман из-за этого часто бесился, а я ночами, чтобы помочь мужу, редактировала его работу. Считала, что он не знает о моей помощи, но, видимо, ошибалась. Иначе, что я здесь делаю?

— А как же Алеся? — Ольга Борисовна шепотом пытается достучаться до сына. — Она же…

— Ты меня не услышала?! Насрать мне на нее! Она мне не нужна! — орет Герман, пугая меня до чертиков.

И без того бешено бьющееся сердце еще больше разгоняется. Из-за его стука даже уши закладывает.

Ольга Борисовна пятится назад, но ей все равно хватает смелости пробормотать:

— Она же твоя дочь.

— И что? Я ее никогда не хотел! — Герман до побеления костяшек стискивает кулаки. — Заделал ей, — кивает в мою сторону, — ребенка, чтобы она не ныла. Кто же знал, что моя дорогая женушка, в итоге, все равно взбрыкнет, — бросает на меня полный злобы взгляд. Огромных размеров ком встает в горле. Даже не пытаюсь его сглотнуть. Все равно бесполезно. Единственное, о чем жалею, что не могу вжаться в стенку, а лучше пройти через нее, потому к гневу во взгляде мужа примешивается предвкушение. Оно точно ничего хорошего мне не сулит. Я оказываюсь права, ведь в следующую секунду Герман дергается ко мне. — Ладно, хватит демагогии, пошли, — хватает меня под руку, до боли сжимает локоть, тащит куда-то. Когда мы проходим мимо Гали, которая тоже попыталась слиться с интерьером, прячась в углу комнаты, муж ей бросает: — Ты идешь с нами!

Успеваю лишь заметить, как с лица девушки сходят краски, обреченность появляется в ее глазах, как Герман вытаскивает меня в длинный, грязный, темный коридор с деревянными стенами и скрипучим полом. В его конце виднеется приоткрытая дверь на улицу. Надежда вспыхивает в глубине сознания, но я душу ее. Какая удача мне должна привалить, чтобы я смогла выбраться из ловушки мужа, которая захлопнулась над моей головой? За шумом в ушах все-таки улавливаю шаги сзади. И, похоже, не одни. Вот только даже оглянуться не получается, как Герман заталкивает меня в соседнюю комнату, с той, где я находилась.

Спотыкаюсь, едва не лечу носом в пол. Сердце пропускает удар. Ловлю ртом воздух, делаю пару широких шагов, чтобы не упасть. Чудом мне удается устоять. А стоит поднять голову и быстро осмотреться, сразу понимаю — я была права. Ведь стою посреди импровизированной домашней лаборатории.

Герман щелкает выключателем, озаряя помещение мутным светом из-за одинокой лампочке на потолке, тоже покрытой слоем пыли.

Обвожу комнату взглядом. Стены завешаны прозрачными пленками, явно, чтобы изобразить подобие стерилизации. Металлические столы заменены на деревянные, явно, отполированные. Колбы и пробирки стоят на столах в упакованных картонных ящиках. Рядом с ними находятся разбросанные повсюду бумажки и ручки. Старый холодильник тарахтит в углу за моей спиной. Рядом с ним на еще одном столе замечаю клетку с крысами и центрифугу. Старенькую, но, похоже, рабочую, если судить по горящей зеленой лампочке на ней. Окно напротив входа заколочено.