Книга Утро начинается с... любви, страница 44 – Наталия Романова, Ксюша Литт

Нет, он, конечно, не известный спортсмен, какой-нибудь прославленный на весь мир хоккеист или футболист с миллионными гонорарами и огромной фанатской базой, не голливудская суперзвезда, кумир женщин по всему миру, но в моих глазах и тот успех, которого достиг Андрей – недосягаемый.

Так, стоп, выходит, словами Андрея, я себя теряю, унижаю такими мыслями. Не стану больше думать в таком ключе. Не буду принижать свои заслуги и себя, как личность и красивую девушку.

Всё, точно не стану.

Точка!

На самом деле я красотка. Весёлая, добрая, честная, не злая и не завистливая, а ещё хозяйственная. В общем, само совершенство.

В мыслях о собственном совершенстве, о том, что нужно учиться себя ценить, видеть свои достоинства, которых хватает, я отправилась в ванную. Окинула взглядом то, что видела… что ж, однажды и до этого помещения у меня дойдут руки.

Сюда положу плитку, сюда повешу высокое зеркало, а здесь хорошо будет смотреться небольшой стеллаж, правда, скорей всего придётся делать под заказ, но это неважно. Важно, что у меня есть эта ванная и эта квартира, и планы на ремонт.

И Андрей тоже есть.

Ведь он есть у меня, правильно? – рассуждала я, стоя под тёплыми струями воды. Я же могу считать, что он – мой?

После сегодняшнего вечера – могу или нет?

Бли-и-и-ин, почему я отказала ему? Почему не поддалась порыву, не потащила его в свою спальню, не намекнула, что на самом деле не против близости, а очень даже за. Мне ведь не восемнадцать лет, у моего организма есть потребности, которые, между прочим, даже при наличии постоянного мужчины, не очень-то удовлетворяли.

Повела себя, как глупый ребёнок, и сейчас жалела об этом.

О чём только думала?.. Рано? Рано.

А когда будет в самый раз? Когда у Андрея лопнет терпение или у меня настанет глубокая старость? Когда рак на горе свистнет, когда наступит Морковкино заговенье? Когда?

Может быть, прямо сейчас позвонить ему, позвать на… пусть чай. Не глупый же он, поймёт, на какой чай его зовут. Или написать. Что-нибудь нейтральное. Вроде: «Без тебя квартира опустела…» Нет, это не нейтральное. Совсем не нейтральное.

Переслать смешной мем или рилс, дождаться ответа, как-то намекнуть, что было бы неплохо, чтобы он вернулся. Или встретиться на нейтральной территории, чтобы Андрею не пришлось снова торчать в пробках. Или…

Мысли скакали, как перепуганные блошки. Я перестала понимать свои размышления, логики в них было отчаянно мало, вернее, не было совсем. Лишь сожаление, что отказала Андрею. Одно огромное сожаление. Ведь я не ему, я себе отказала.

Не дура ли ты, Дина?!

Хотя. Стоп.

Стоп. Стоп. Стоп.

Я не дура, не сумасшедшая. У меня есть своё мнение, своё самоощущение, и оно мне подсказало, что рано.

Сегодня рано.

Лёжа в кровати, завернувшись в тёплое одеяло, я вспомнила сегодняшний вечер, думала об Андрее, его словах, смехе, улыбке, близости, которая возникала между нами, росла, зрела и вот-вот должна была вылиться в нечто большее, чем быстротечный роман.

Я была в этом уверена. Почти. Нет, без всякого «почти». Я была в этом уверена.

Вспоминала наши поцелуи, как сладко пахло от губ Андрея… карамелью, кофе, немного корицей, чем-то древесным. Они пахли самим Андреем, и это определённо был лучший запах на свете.

И мечтала о том, как мы двинемся дальше. Как это случится? Когда именно? О том, что случится точно, сомнений не было никаких.