Книга День правды и лжи, страница 211 – Мари Вудс

— Чтобы можно было наложить Магию, — поясняет Сайлас. — Например, чтобы чужие не могли взять его.

— Но на нём же нет Магии! — удивляюсь я.

— Потому что тут нет чужих, — не скрывает усмешки Сайлас. — Как только появится, появится и Магия.

— Неплохо! — соглашаюсь я, — так Заклятье не будет брать лишнюю Силу. Красиво сделано, — добавляю, поднося хронограф к глазам. Прямо по грани идёт гравировка из сплетённых метёлок Свартгросса, таких чётких, что пушинки кажутся настоящими. — И как он работает?

— Давай покажу, — говорит Сайлас, принимая у меня из рук хронограф. — Вот тут, сбоку, рычаг, он запускает систему колёс и шестерёнок. Когда колесо баланса совершает один полный поворот, оно запускает работу спускового механизма, и можно почувствовать колебание с интервалом в одну секунду.

— Значит, это прибор для тренировки Магии Иллюзий? Чтобы послать Иллюзию — нужен зрительный контакт. Поэтому нет стрелок. А звуковой сигнал мог бы услышать испытуемый и догадаться, — добавляю я, наблюдая, как в Иллюзии, посланной им, осыпается вокруг меня штукатурка вместе с кусками бетона.

— Кайла! — прерывает Иллюзию Сайлас. — Уже двенадцать секунд!

— Разве можно обрушивать на Доманта потолок без предупреждения? — иронизирую я. — Ты же не сказал, что мы начали.

— В Исфара Далате тебе тоже никто не скажет, когда начнёт, — говорит он. Голос отдаёт металлом.

— Ты, наверное, очень строгий командир. — Я пересаживаюсь с дивана на ковёр, перекрещивая ноги, как для медитации. — Твоим воинам не сладко приходится. Никаких поблажек от тебя не дождёшься.

— Каким моим воинам? — склоняется ко мне Сайлас, сверкнув глазами.

— Знаешь, эти ваши тандуильские тайны... — тяну я, не скрывая издёвки. — Ты не говоришь ничего, но у тебя командирский тон, прибор для тренировок, на пальце — след от кланового кольца, символа власти.

— Кланового?

В этот раз Сайлас не разозлился, вместо этого я получила удивлённый взгляд.

— Вряд ли это Орден, — пожала я плечами. — Ордена обычно образуют Маги. А в таких древних мирах, как Тандуил, сохранилась клановая система.

Сайлас переставил столик и сел напротив, скрестив ноги так же, как я. Всем видом показывая, что ждёт продолжения.

— Круг на хронографе, оплетённый Свартгроссом, — указала я на висящий у него на шее артефакт, — это мир под защитой Высших Сил. Гора по центру — символ посредника. Власти, освящённой небом и поддерживаемой землёй, то есть кровной линией — владыка, император или вождь. Звезда — источник Силы, при изображении святынь всегда используют более дорогой материал, чтобы показать иерархическую связь.

— Нравится меня бесить? — лениво интересуется Сайлас, снова поднимаясь. — Сделай мне кофе и поклянись ещё раз, что ни одно существо не услышит от тебя ни слова о Тандуиле.

— Клянусь, что буду говорить о Тандуиле только с тобой, — говорю я, вставая и расправляя платье. — Или с теми, кто имеет право говорить о Тандуиле. Идёт?

Сайлас кивает и, на ходу стягивая свитер, возвращается в свою комнату, чтобы переодеться в домашнюю одежду. Я достаю чашку, неосознанно возвращаясь к привычному рисованию историй в голове. Десятки смуглых мускулистых тел пляшут, торжествуя, вокруг древнего костра, посылая крики радости незнакомым мне звёздам. Интересно, Тандуильцы используют боевой раскрас?