Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 15 – Алекса Рид

Претендентки расселись по обе стороны от Клауса. Валерия, конечно, заняла место справа от него — ближе всех, чтобы никто не сомневался в её статусе. Она надела платье изумрудного цвета, которое подчёркивало её чёрные волосы.

Брунхильда — слева, но на почтительном расстоянии, в своём обычном кожаном корсете, надетом поверх шерстяного платья — она явно не собиралась никого покорять нарядами. Элинор сидела с каменным лицом, её светлые волосы струились по плечам, а глаза смотрели в пустоту — она казалась призраком среди живых.

Миран — рядом с ней, с таким видом, будто её заставили присутствовать на казни — но её язвительная улыбка то и дело появлялась на губах, когда она косилась на Валерию. Авианна — на противоположном конце, потому что её крылья требовали пространства, — постоянно вертелась и едва не сбила свечу локтем.

Судьи расположились напротив претенденток — строгие, важные, с лицами, не предвещающими ничего хорошего.

Я стояла у стены с большим фарфоровым чайником в руках. Моя задача была простой: дождаться, пока все сядут, и начать разливать чай по чашкам.

Ничего сложного. Только очень тяжелый чайник. И очень много важных людей. И я, которая обычно роняет всё, что не прибито гвоздями.

— Ты справишься, — прошептала Лисса, проходя мимо с подносом закусок. — Просто не смотри на Клауса.

— А почему я должна на него смотреть?

— Потому что ты всегда на него смотришь, когда нервничаешь. А когда смотришь — краснеешь. А когда краснеешь — начинаешь трястись. А когда трясёшься — проливаешь.

— Я не краснею…

Лисса ничего не ответила, только понимающе вздохнула и ушла.

Всё шло по плану. Идеально. Подозрительно идеально. Я подошла к гному. Налила чай. Ровно до половины чашки, как учила Моргана. Гном кивнул, даже не взглянув на меня — слишком занят разговором с соседом-эльфом.

Потом — эльф. Он посмотрел на меня своими прозрачными глазами, и мне показалось, что он видит меня насквозь. Пальцы чуть дрогнули, но я справилась. Чай не пролился.

Потом — дроу. Женщина с острым взглядом вдруг улыбнулась — краешком губ, едва заметно — и сказала:

— Держи крепче, девочка.

Я кивнула, удивившись неожиданной доброте, и перешла к птице.

Мужчина с оранжевыми крыльями смотрел на меня с лёгким любопытством, но ничего не сказал. Только пододвинул чашку ближе, чтобы мне было удобнее наливать.

Оставался судья-дракон — дядя Валерии — и сам Клаус.

Я развернулась, чтобы пройти к другому концу стола, и сделала шаг. Второй.

И вдруг что-то врезалось мне в лодыжку.

Я не видела кто. Всё произошло слишком быстро — нога подкосилась, центр тяжести сместился, и чайник, этот проклятый тяжёлый фарфоровый чайник, выскользнул из моих рук и полетел вперёд. Я полетела следом.

Горячая жидкость хлынула на Клауса. Прямо на грудь. Прямо на белый камзол, который он, естественно, надел в честь приезда судей.

Я упала на колени, больно ударившись и о каменный пол, и замерла. Чайник с грохотом покатился по полу, звеня фарфором, и остановился у ног судьи-дракона.

Тишина в зале стала абсолютной. Даже свечи, казалось, перестали потрескивать.

Я подняла голову.

Клаус сидел неподвижно, с закрытыми глазами. Его белоснежный камзол превратился в мокрое пятно с плавающими чайными листьями. Пар поднимался от ткани — чай был почти кипяток. На груди, там, где ткань прилипла к телу, уже начинало розоветь.