Книга Леди и Ведьма против всех, страница 31 – Тоня Рождественская

После бессонной ночи голова немного гудит, и я чувствую себя разбитой, но не позволяю себе отвлекаться на личные переживания и упрямо продолжаю работать. Тем более что после всего произошедшего, во мне засела упрямая мысль, что мы упускаем что-то важное.

К тому же работа — лучший способ не думать о Бэккере и тех событиях, при воспоминании о которых щеки сами по себе начинают краснеть.

Утро началось с того, что Пайетт заехал за мной, и всю дорогу мы непринужденно болтали. Не знаю, только ли это его инициатива или они с напарником посчитались на камень-ножницы-бумага, но в любом случае, его я рада видеть больше, чем Ториана.

Пока что я не записала его в стопроцентные преступники, его забота обо мне кажется настоящей и искренней… к тому же очаровательная улыбка и легкий флирт действуют как таблетка, принятая от похмелья. Как же прекрасно, когда общение с кем-то не вызывает в тебе столь противоречивые чувства, что ты готова буквально разорваться на части в желании убить или убиться.

Однако, я не собираюсь забываться, пленяясь этой легкостью, пока что ни с одного из детективов мои подозрения еще не сняты, а значит, мне нужно быть осторожнее.

Хотя вот Кэтрин не видит в нашем общении никакой странной подоплеки или опасности. Да и вообще, кажется, не против романтического развития событий, постоянно напоминая о том, как классно он целуется. Вот же потаскушка призрачная! Думает таким образом склонить меня в сторону блондина. Врет, что ничего не чувствует к Ториану, как пить дать!

Хотя я ей уже сто раз сказала, что мне не нужен ни один, ни второй, но, кажется, она мне не верит. А вот верю ли я себе сама, уже другой вопрос…

Но пока я не знаю на него ответ, мне надо сосредоточиться на главном — найти убийцу Кэтрин. Обезопасить себя, доказать, что я что-то стою и… ну, а дальше уже решу, что «и».

— Могли бы вы передать мне тот платок из вещдоков? — прошу я Пайетта, все время кружащего неподалеку, и указываю на улику, найденную на месте последнего преступления. — Хочу посмотреть на него еще раз.

Но когда шелковая ткань оказывается в моих руках, меня буквально простреливает странное ощущение. Хотя, повернувшись к Кэтрин, я понимаю, что это вовсе не меня — а ее простреливает это ощущение, видимо отзываясь во мне странным эхом.

— Эта вещь… — говорит девушка, не сводя с него призрачных глаз. — От нее исходит какая-то темная энергия, я чувствую — она принадлежит убийце.

Что ж, так я и думала, молодец Катя! Утрись, Беккер!

— Послушайте, — начинаю я, поворачиваясь к коллегам и игнорируя скептический взгляд Ториана. — Я совершенно уверена, что этот платок…

Но тут внезапно дверь с грохотом распахивается, заставляя меня вздрогнуть, и на пороге оказывается стражник Моррис. Его лицо красное от быстрого бега, галстук съехал набок, а в глазах читается тревога.

— Нашли еще одно тело! — выпаливает он, и я чувствую, как земля уходит из-под ног. — В парке Святой Марии. Такой же почерк.

Я медленно опускаю платок на стол, чувствуя, как внутри закипает ярость, приправленная тягостным смятением. Очередная жертва. Очередная загубленная жизнь. Только вот вопрос — эта жертва была запланирована или она стала заменой… мне?

Смотрю на детективов, пытаясь по их лицам понять настоящие эмоции, но ни один из них ничем не выдает себя. Только вот, что каждый из них делал прошлой ночью, когда мы расстались? У обоих была возможность отправиться в другое место, чтобы…