Книга Приключения уборщицы, страница 52 – Алена Романова

Я и Мико, шли под руку и обсуждали прекрасные коридоры в этой разветвленной системе пещер голодункусов, где каждая стена олицетворяла собой неповторимое великолепное произведение искусства сотворённого природой. Восхищались тем, как переплетение буро-коричневых кристаллов раскинулись причудливым узором во время многомиллионного периода сотворения этих пещер.

И тут бамц, сверху падает тело. Мертвое! Я кричу, руками хватаюсь за Мико. Он злится, что-то бормочет, пытаясь отцепить меня от себя! От стен отделяются силуэты, как хамелеоны, сливавшиеся с красотой природы, подхватывают тело и скрываются за поворотом.

— Что это такое было? — ору я на Мико.

— Нюра, успокойся, пожалуйста, — отвечает он.

— Я успокоюсь, когда мне конкретно объяснят, что тут твориться! Или тебе напомнить, как я успокаивалась, когда увидела огромных склизких червей жрущих камень? Или когда на мою руку села красивая малиновая бабочка, я расплылась в улыбке, а ты заявил, что она пьет кровь и вообще является хищником? О, а ещё, за те десять минут, что мы идем к этому ПРАЗДНИКУ, я упала в болото, чуть в нём не утонула. А ты заявил, что оно омолаживает кожу тела. Я всё это «успокоила» в себе. Но это, милый мой, уже перебор!

— Несите его за ширму! — я услышала, как кто-то закричал в конце коридора. — Прячьте, я вам говорю его, прячьте!

Я воооот с таким огромным вопросительным выражением на лице, указала руками в направлении звука. Мико устало вздохнул.

— Голодункусы в пещерах хоронят умерших. Это их кладбище. И тот труп, что ты видела упал из ниши сверху. Постараюсь ответить сразу на твои вопросы. Трупов тут мало. Голодункусы живут долго, очень долго, почти столько же, сколько нужно дышать чудовищу. К тому же раса их малочисленна. Людей хоронят согласно тем обычаем, которые были на их родине.

— А?

— Я ещё не закончил, — перебил меня Мико. — Дальше по коридору никто не захоронен. Я специально срастил все расщелины и другие пути для проникновения в этот коридор склизких, мерзких, вонючих и жрущих всё подряд «кракозябр». Я не сделал этого раньше, так как не ожидал, что твоё появление спровоцирует месяц неудач. Я на все твои вопросы ответил? Мы можем идти дальше?

— А что такое «месяц неудач»? — невинно уточнила я.

Мико ещё раз как-то тяжело вздохнул, укоризненно посмотрел на меня.

— Честное слово, до окончания праздника ни одного вопроса! Вот те крест! — пообещала я.

— Люди, прилетевшие на планету, целый месяц приносят неудачи. То что-то упадет или развалиться. Кто-то где-то оступиться. Одним словом через месяц это заканчивается. Обычно людей держат в карантине, и проводят что-то вроде адаптации к окружающей среде. Я полагал, раз ты клон, то это с тобой не произойдёт. Но ты человек на столько на сколько даже я не ожидал!

— А зачем они тогда людей воруют, если с нами такие проблемы? — не удержала я свой любознательный язык, который меня когда-нибудь до чего-нибудь доведёт!

— Для размножения, Нюра! — очень громко ответил Мико для обычной своей громкости голоса. — Раса вырождается, и только люди подходят для разбавления генофонда.

— А клонирование? — не унималась я.

— Клонирование, Нюра, — как-то опасно выделил интонацией он моё имя. — Получается только у Герца Акимовича. Во всей остальной галактике, такого, — он показал рукой на всю меня, — результата никто не добился.