Книга Приключения уборщицы, страница 53 – Алена Романова

— Так его где-то запретили?!

Мико вырастил из камня себе стульчик, присел на него. Помассировал себе виски, поскрипел зубами и всё-таки мне ответил:

— Получалось невообразимое нечто, вот и запретили. Ты полагаешь, что вам землянам так просто бы разрешили начать продажу клонов, если бы рынок клонирования существовал? И сразу отвечу, почему сказали вам про черный рынок. Всё из-за запрета на клонирование. Пока его не снимут, любая продажа клона будет считаться подпольной. Всё?

— А?

— Подождёт до окончания праздника? — перебил меня Мико.

Я закивала головой. И честно выполняла своё обещание молчать. Всю дорогу. Но перед самым выходом из коридора, где я уже краем глаза увидела заполненную инопланетянами пещеру, размером со стадион, я захотела в туалет.

Остановила Мико, жестами попыталась показать, что мне нужно. Я же обещала молчать и ничего не спрашивать, а где тут туалеты я не знала. Безвыходная ситуация. К Мико вернулась его прежняя выдержка, он любезно разрешил мне говорить. Я разъяснила ему суть проблемы. Этот гад надо мной посмеялся, но искомую комнату показал.

Она находилась совсем рядом, шагов десять не больше, я забежала туда, сделала все свои дела. Помыла руки. Вышла. И сразу за пределами этой комнаты я поскользнулась и упала. Больно. Очень больно. До искр из глаз. Продолжая хранить молчание и рвущийся наружу русский народный мат, я поднялась. Присмотрелась и увидела, что поскользнулась я на желтой лужице. А рядом лежало маленькая и премиленькая желтая пушистая животинка. С узкой, длинной мордочкой, круглыми ушками, четырьмя лапками. Зверёк тяжело дышал, из раскрытой пасти вывалился синий язык. Мне стало его очень жалко. Я опустилась и села на корточки.

— Ты ж бедное создание, — погладила я пушистую шерстку. — Как же мне тебе помочь? — спросила, никому особо не обращаясь.

«Пить» — кто-то еле слышно прошептал в моей голове.

Первым делом я решила, что мне померещилось, потом, что я схожу сума, но опыт закрепленный жизнью в этом безумном мире меня научил, что чудеса существуют.

— Это ты пить хочешь? — уточнила я у зверька.

«Да» — такой же ответ.

Я подхватила его тельце, оно умещалось на моей ладошке, и занесла его в туалет. Открыла воду в раковине и поднесла его мордочку к струйке воды. Зверёк жадно запил, а потом и вовсе спрыгнул в раковину и сам усердно пил, и под конец помылся.

— Я оставлю тебя, а то меня там уже заждался циотоп. Не хочу его обижать, он хороший.

Зверёк оскорблённо на меня уставился круглыми бордовыми глазёнками.

— Но ты лучше, моя прелесть, — почесала за его ушками.

Это мохнатая тварюга цапнула меня за палец. Я хотела его стукнуть в ответ, а он вцепился в мою руку, проворно забрался по ней до шеи, там свесился вниз и превратился в рисунок на моей ключице!

— Вот только этого мне не хватало! — закричала я. И попыталась смыть его, но он въелся в мою кожу как чернила.

Я выдохнула. Подтянула платье, так чтобы эту живопись на мне не было видно, и побежала к Мико. Разберусь со всем этим после праздника. Надеюсь это не заразно и не смертельно.

Праздник, слава всему на свете, начался без меня. В огромной пещере все расселись, как в театре, и наблюдали за океаном, ожидая представления. Голодункусы никак не украсили зал, никаких цветов, ленточек, флажков или там музыки. Представлением никто не руководил. И в чём выражался их праздник я не поняла. Все сидели и смотрели на воду, хорошо, что не молча, а переговариваясь между собой. Конечно же всех уже видела на заправке, ну не конкретно этих, а представителей от этих инопланетян.