Книга Менеджер Нагибко, вы робот? - 5, страница 114 – Елизавета Шумская, Юлия Жукова

Потом почему-то один за другим начали сгорать, подобно менеджеру на десятом году работы, кьюберы в офисе. При этом они выбрасывали в общую сеть какие-то странные сообщения, похожие одновременно как на сектантские, так и на врачебные призывы. Например, перед тем, как сдохнуть, кьюбер из клиентского отдела прислал всем сотрудникам компании следующее послание:

«Не осознав, что болен, — не вылечишься. Приди к тому, кто исцеляет, и спасён будешь».

А кьюбер из продажнического отдела отправил такое:

«Грязная совесть хуже грязных рук. Лучше лечиться у гастроэнтеролога, чем у психиатра».

Кьюбер на ресепшене вообще выдал:

'Больше всего в аду тех, кто вовремя промолчал.

А ты — молчишь?'

Служба безопасности заподозрила вирус и прогнала все кьюберы через защитные программы. Результат удивил всех: двое безопасников уволилось. Ясмина лично поговорила с каждым. Оба прятали глаза и несли какую-то чушь про то, что человек, который портит жизнь другим, на самом деле пытается починить свою, но у него не получится справиться, ибо он строит дом не на фундаменте, а в грязи. Сентенцию Яхонтова не особо поняла, но избавление от поехавших кукухой сотрудников посчитала за благо.

А ещё вдруг замедлилась коммуникация между отделами и, как потом выяснилось, между сотрудниками и любыми внешними контрагентами. Причину сама Ясмина обнаружила, когда писала поставщику, и ей выскочило сообщение на противном розовом фоне:

«Система проанализировала частоту восклицательных знаков и слов 'требуем», «немедленно», «компенсация». Это классические триггеры ощущения собственного бессилия.

Признайтесь себе — в последние дни вы ощущаете его всё чаще?

Это чувствуется. И контрагент это чувствует. Он воспринимает вас как капризного ребёнка, который стучит игрушкой по полу. А детей не боятся — их жалеют или игнорируют. Вот и вас тоже.

Весь ваш гнев — это не про качество поставок. Это про то, что вы слишком боитесь потерять контроль.

Ясмина, пора позволить себе быть уязвимой'.

Дочитав сообщение до конца, Яхонтова с ужасом поняла, что и правда всё чаще чувствует себя бессильной. Особенно когда её патрон, её золотой билет к настоящей — богатой — жизни, позвонил ей и приказал:

— Разберись с этой хренотнёй! Немедленно!

— Привет! Что случилось?

prima_donna: Если честно, понятия не имею. Но точно какой-то трындец.

В целом, примерно так я могла описать практически любой день в «ЭкзоТехе». Приятно, что не только у нас такая же ситуация.

— Нужно много роботов?— предположила я, хотя подозревала, в чём на самом деле проблема.

prima_donna: Да если бы. Слушай, у тебя нет проверенного айтишника, нелюбопытного и толкового, так сказать?

Опаньки, не мой ли это шанс попасть в логово врага? А что, мой прадед партизанил в рязанских лесах!

— Ну вообще-то я сейчас возглавляю отдел техподдержки, у нас так по факту разработка называется.

prima_donna: Опаньки, ты же на складе сидела!

— А вот так!

prima_donna: Слушай, поздравляю! А ты прям разбираешься во всей этой хренотени или только руководишь?

— Ну и вопросики!

prima_donna: Прости, но ты раньше не говорила, что и по кьюберам можешь.

— Вообще-то я начинала с работы в техподдержке, просто потом меня оттуда выперла одна ревнивая дамочка.

prima_donna: Сиськами перед не тем трясла, да?