Книга Менеджер Нагибко, вы робот? - 5, страница 139 – Елизавета Шумская, Юлия Жукова

В этот момент к ним подошёл бариста и поставил перед Нечаевым большой стеклянный бокал с ручкой, как у чашки, двумя трубочками, зонтиком и чем-то вбзитым и размазанным по стенкам внутри.

— Матча-эспрессо с адаптогенами, куркумой, сублимированной ашвагандой и пенкой из ферментированного винограда, — огласил он. — А вам, комсдарь?

Саша заполошно бросил взгляд в меню и понял, что быстро ничего не прочитает.

— Капучино?..

— Кето-капучино с чагой на кедровом молоке с морским коллагеном? — уточнил бариста.

— Э-э, да, — выдавил Саша, соображая, как коллаген может быть морским.

— Вам с рисовой пенкой или кунжутной? — уточнил невозмутимый молодой человек.

— На ваш выбор, — решил Саша и демонстративно повернулся к Нечаеву.

— Но ведь конференции — это не только про получение информации. Нужно и, как говорится, лицом посветить.

— Конечно, — благостно улыбнулся Афанасий. — Свечение лицом у меня запланировано, — он сверкнул очками, наверняка подглядывая в вижулик, — через сорок минут во время большого кофе-брейка. После этого на докладе про инновации в межзвёздных коммуникациях мне нужно будет задать один умный вопрос, а потом на докладе о вызовах логистики — два провокационных. После этого можно будет отдохнуть до ужина, а вот после ужина начнётся главная сессия нетворкинга. Для выполнения месячного плана потребуется выпить с… четырнадцатью топ-менеджерами. Опять жирным объедаться, ужас, но что поделаешь, издержки профессии…

Саша подумал, что его собственная профессия в сравнении кажется даже не такой уж сложной…

— Скажите, Афанасий Валерианович, — решил Саша перейти к сути разговора, — но вы же не всегда по конференциям катались. Скажем, пару лет назад вы ещё вполне себе заседали в офисе. Не вспомните ли, кто принимал на должности других гендиректоров? Ну, про Ермолаева понятно, а вот, скажем, Рыбьёшка?

Аккуратные губы Нечаева сложились неодобрительной звёздочкой.

— О, этого? Да кто его мог принять, там с тех пор, как Аркадий Петрович отошёл от дел, ясно кто заправляет. Я потому и сфокусировался на выездной работе, что это стало просто невыносимо.

— Кто? — Саша подался вперёд.

— Ну, Ермолаев же всё подряд подписывает, — пожал плечами Нечаев. — Что ему подкладывает жена.

Из бухгалтерии я вышла слегка на нервах. Там сегодня был кефирный день, и я рискнула немного попробовать. Это оказалось ошибкой: кефир во мне пузырился и шибал в голову похлеще шампанского, так что шла я немного по синусоиде, в голове весело шумело и побулькивало. Хорошо хоть базу успела залить до того, как нахрюкалась, это ж надо! Когда уже моя диета кончится⁈ Хочу жить, как человек…

Звонок я приняла на автомате, даже не посмотрев, кто это.

— За давностью лет не слышались, — вышиб меня из побулькивания голос Рыбьёшка.

Пришлось срочно протрезветь и при этом не впилиться в идущего навстречу сотрудника.

— Секунду, — я свернула в ближайшую пустую переговорку. — Слушаю?

— А вы не слушайте, вы рассказывайте, — как-то грозно произнёс Рыбьёшек. — Поручение выполнять будем или в салочки играть?

В какие салочки? Это опять его метафоры или это я ничего не соображаю?

— Так выполнено, Климент Смарагдович. Вот буквально только что…

— А чего в мочалку играем тогда? На кол захотелось?

Я поняла, что слишком косая для этого разговора. Что вообще он имеет в виду⁈