Книга Менеджер Нагибко, вы робот? - 5, страница 34 – Елизавета Шумская, Юлия Жукова

Дверь в кабинет распахнулась без стука.

Вошли трое в строгих тёмных костюмах, с массивными вижуликами на ушах, на которых серебристо поблёскивали гербы Эрешкигали — угловатая такая корона. Лиц мужиков я не видела, только бритые затылки. Главный из затылков шагнул вперёд и коротко бросил:

— Следственная группа. Всем оставаться на местах.

Валетов вскочил, оттолкнув стул на колёсиках. Булавин попытался принять независимый вид, но вышло плохо.

— В смысле на местах? — переспросил он. — Вы кабинет не попутали?

— Мы делаем свою работу, — сухо пояснил затылок. — По этому адресу зафиксировано обращение в связи с… — он раскрыл экран вижулика, — большим количеством нарушений, начиная от трудового кодекса, заканчивая антитеррористическими законами. Следственная группа прибыла для проведения следственных мероприятий. Представьтесь полным именем и пройдите с сотрудником в переговорную для дачи показаний.

— П-простите, а мы-то тут при чём, комсдари полицейские? — залебезил Валетов. — У нас тут разбор полётов вот, с сотрудником… Это вообще отдел закупок!

— По нашим данным обращение было отослано именно из этого отдела, — отрезал затылок. — Не чините препятствий следствию, проходите, проходите.

Затылки чином помладше двинулись на Булавина.

— Это что за самодеятельность? — фыркнул Булавин. По нему было видно, что он уже далеко не так рад своей идее. — Мы сами разберёмся! У меня полномочия…

— Разберётесь на допросе, — холодно оборвал главный. — Двигаемся, не стоим.

Булавин открыл рот и закрыл. Валетова уже теснил к двери другой затылок. Сусалев изо всех сил пытался прикинуться мебелью. В итоге его оставили в кабинете, а обоих начальников развели по разным переговорным. К счастью, Скрепыш быстро нашёл мне видео из обеих.

В переговорной с Валетовым всё было предсказуемо. Он сел на стул, сжался в комок и через пять минут уже давал показания, сдавая Сусалева, Усманова, Булавина и, кажется, вообще всех, кого знал. Я начала подёргиваться, как бы и меня не слил, но было похоже, что от страха он просто забыл о моём участии. Или сообразил, что так ещё больше влипнет. Затылок слушал, не перебивая, изредка задавая уточняющие вопросы. Валетов говорил без остановки, захлёбываясь словами, и только иногда хватался за сердце.

В переговорной с Булавиным было интереснее. Его допрашивали двое — один в штатском и один в форме, с короной во всю спину.

— Рассказывайте, что вам известно о незаконном производстве.

Булавин попытался взять инициативу:

— Это всё Усманов! Я его давно подозревал! У меня есть доказательства!

— Подозревали, но не докладывали? — уточнил затылок в штатском, сверля его взглядом. Рожа у него была как есть уголовная. — А кто отвечает за пропускной режим на территории?

Булавин запнулся.

— Ну… формально Усманов…

— Формально? — перебил второй. — А вот здесь, — он ткнул в экран своего вижулика, — указано, что утверждение списков допуска — ваша прямая обязанность. Вы утверждали?

— Я… подписывал, но…

— А за мигрантов в жилом комплексе, которые пользуются льготами компании? Двести семнадцать человек, не имеющих отношения к «ЭкзоТеху». Вы знали?

Булавин побледнел. На лбу выступила испарина.

— Это… это не я… это он… я не знал…

— Не знали? — голос допрашивающего стал ледяным. — А чья подпись стоит на документах о продлении их допусков? Чья?