Книга Улей. Испытание жрицы, страница 6 – Юлия Жукова

Дверь выходила на лестничную площадку — маленький закуток с единственным узеньким оконцем под потолком. Здесь на полу тоже виднелся край узора, но рассмотреть я его не успела — бархатный потащил меня к лестнице. Она отсюда шла только вниз, зажатая между двух каменных стен.

— Как вам удалось выбраться из Сальфьяллы? — спросил бархатный.

Я пожала плечами.

— Просто вышла.

На этот раз слова дались мне легко, и никакого помутнения в уме от них не случилось. Видать, что-то там улеглось, хотя для части меня они всё ещё звучали странно.

Мужчина покачал головой.

— И что же, ни одной твари не встретили?

Я припомнила волка.

— Был пёс трупов.

Я честно хотела сказать «волк»! Но сказалось, как сказалось…

Бархатный резко остановился, так что я едва в него не воткнулась на узкой лестнице.

— Пёс трупов⁈ Как вы выжили?

Я припомнила золотые надписи — что на волке, что на князе. Почему-то рассказывать об этом не хотелось. Вряд ли им тут понравится, что их князя предлагают использовать, как биоматериал… Кто предлагает? А кто бы знал. В любом случае, когда волк сдох, никаких надписей не было, они появились позже.

— Он накинулся на меня и сдох.

Бархатный помолчал и порассматривал меня прозрачными серыми глазами, от которых по спине побежали мурашки. Я никогда не видела таких глаз? Или видела сплошь и рядом? Опять какое-то раздвоение в памяти.

Наконец он отмер, сложил указательные и большие пальцы рук треугольником, поднёс его к своему лбу и прикрыл глаза.

— Да отвернётся Альфедр, — пробормотал он и снова посмотрел на меня. — Поистине, ваш дар велик. Будьте бережны, не растратьте его по пустякам.

С этими словами он повернулся и повёл меня дальше, но уже хотя бы не за руку.

А я задумалась: почему, когда я смотрела на князя, золотые письмена проступали, а на этом типе нет? Он не может быть биоматериалом? Или дело в другом?

Спускались мы долго, и на протяжении всего пути никаких дверей нам не попалось, хотя по ощущениям прошли мы этажей пять или больше. Во внешней стене через равные промежутки были прорезаны окна, но все очень высоко, а внутренняя, чуть скруглённая, оставалась глухой. Похоже, что лестница вилась вокруг круглой башни, на вершине которой жил князь, но что же находилось под его покоями? И как туда попадали? Может, в середине была ещё вторая лестница?..

Наконец мы спустились до самого низа, и бархатный толкнул ещё одну тяжёлую деревянную дверь. В глаза ударил яркий солнечный свет — мы оказались во дворе. Как я и думала, за спиной высилась круглая башня, этажей в семь. Со всех сторон её окружали стены на пару этажей ниже — точнее, не стены, наверное, а здание такое, вон окна видать, причём нормальные, большие окна, даже балконы.

По двору сновали люди — кто-то с корзинами или мешками, кто-то с зажатым в руке письмом или балансируя стопкой книг. Мимо нас прошли два воина в меховых плащах, как на мне, заметили бархатного и легонько поклонились, поднеся ко лбу треугольники из пальцев, как он сам только что делал.

— Приветствую Вигго, — пробормотали они оба, получили в ответ кивок и пошли дальше.

Бархатный — то есть, очевидно, Вигго, — поцокал им вслед языком, как будто они сделали что-то не то, а потом поднял руку и махнул кому-то. Идущая по своим делам женщина в тёмно-синем плаще поджала губы, но подошла.