Книга Пять дорог, страница 88 – Елизавета Шумская

Юноша только хмыкнул. Деревня, что сказать.

— Так расскажете?

— Что, не пускает к себе Синебор? – хитро усмехнулся знахарь. Светловолосый и голубоглазый, как и большинство местных, он почему-то напоминал лиса, но не хитрого, а скорее, опасного. Впрочем, сам Станил не производил угрожающего впечатления.

— Скорее, речка не пускает.

— Калина может, – кивнул травник. – Она – это первая граница Синебора.

— А всего их сколько?

— Как в сказках – три, – улыбнулся Станил. – Речка, дорога и сам лес.

— Расскажешь, как их преодолеть? – Златко тоже решил перейти на панибратский тон.

— А что мне за это будет?

Златко откинулся на спинку стула и вгляделся в довольную физиономию травника. Ну точно лис. И в этот раз точно хитрый.

— Сколько хочешь?

— Что мне твои деньги? – покачал головой мужчина. – Я за зелья с травами из Синебора на ярмарках хорошо выручаю. Живу один, так что нужды, слава матушке-природе, не испытываю.

— Так что же ты хочешь?

На этот раз пауза возникла из-за Станила. Он молчал, смотрел на собеседника и хмурился.

— Чтоб я знал, – наконец пробормотал травник.

— В смысле?

Тот разочарованно вздохнул.

— Ты же не ведун, – не спросил, а констатировал мужчина.

Златко просто кивнул, заинтригованный таким поворотом.

— И в семье у тебя ведунов не было.

— По крайней мере, насколько мне известно, – подтвердил Бэррин.

Станил покивал, будто себе, и еще раз всмотрелся в юношу, явно как-то по-особому, словно перешел на магическое зрение.

— Не понимаю… От тебя так и веет чем-то родным, знахарским, ведунским… – пробормотал травник. – Вижу, что ты даже близко не ведун, и в крови нет, а ведь веет… Сильно так… Так от амулетов не бывает.

Юноша разулыбался. Отошел к месту, где сидел раньше, и взял оттуда Ивину сумку. Он никогда не оставлял ее, притороченной к седлу, зная, насколько важные и дорогие там снадобья. Уведут – сам дурак. Но и носить ее с собой постоянно, как, например, то же оружие, не носил, уж больно не подходила она к его образу. Сейчас же показал ее знахарю, любовно проведя по вышивке. Ива свято верила в ее силу. Заклинаниями тоже снабдила, но и от любимых узоров не отказалась.

— Подруга моя собирала.

— Избранница твоя?

— Нет, друг, – покачал Златко головой.

— Держись такого друга, – после некоторого молчания вымолвил мужчина. – Это редкость. Ты ей настолько дорог, что практически родственником ее ощущаешься. Как брат, что ли. Я голову себе всю сломал, чувствуя в тебе ведунскую силу и одновременно понимая, что нет ее в твоей крови ни капли.

«Ивушка, сестричка ты моя названая», – умилился Златко.

— Можно посмотреть? – алчно – до знаний – спросил Станил.

Бэррин поколебался. Вряд ли бы Ива хотела, чтобы раскрывали секреты ее мастерства. С другой стороны, это же ради благого дела. Да и там только готовые снадобья, не рецепты. Поэтому все же кивнул. Знахарь не заставил себя упрашивать и с блаженством зарылся в сумку. Златко пристально следил за ним. Ему понравилось, насколько бережно Станил брал в руки очередной флакончик. И это несмотря на еле сдерживаемое любопытство. Налюбовавшись, мужчина возвращал зелье точно туда, откуда взял. Златко помнил, с какой тщательностью Ива распределяла бутылочки по отделениям и кармашкам сумки.

Несколько раз знахарь буквально застывал, прочитав надпись на зелье. Когда же добрался до многостраничной инструкции, которую заботливая девушка положила вместе с лекарствами, то и вовсе пропал для общества надолго. Златко же терпеливо ждал. Он узнал этот блеск и восторг в глазах. «Интересно, все знахари такие? Или это мне так везет?» – лениво думал он, не пытаясь как-то поторопить события. Пусть он аристократ, маг и Бэррин, какое это имеет значение, когда настоящему знахарю дали в руки записки коллеги про зелья?