Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 103 – Меган Баннен

— Каким образом?

— Поначалу я пытался выпустить эту вечную жизнь из вен – не вышло. Растение укоренилось во мне и не желало приживаться нигде больше. Мне нужна была земля из мира богов и мертвых, но вернуться туда я не мог – и обратил взгляд на Танрию. Это место Старых Богов, и я надеялся, вдруг здесь моя лоза сможет пустить корни. После ста лет проб и ошибок я создал рабочий портал. Я проливал кровь в этой земле всеми способами, какие знал, но растение так и не покинуло мое тело. В конце концов я сдался и поделился технологией с миром. Не было никаких причин лишать человечество плодов моей неудачи.

— Так почему же лоза начала расти здесь, именно когда ты порезал руку в портале? – спросила Рози. – Что изменилось по сравнению с прежними попытками?

И Дакерс, и Адам пристально посмотрели на нее.

Рози поежилась под тяжестью этих взглядов.

— Я?

— Ты, – подтвердил Дакерс, и Адам кивнул.

— Но я-то тут при чем?

— Кто стоял рядом с Советом капитанов у портала сегодня днем? – спросил Адам. Это был тот же вопрос, который он швырнул ей в лицо раньше, но теперь он прозвучал куда мягче.

В голове у Рози щелкнул пазл, и она зарылась лицом в ладони.

Зедди плюхнулся на свободный стул, примкнув к компании:

— Я вообще не понимаю, о чем вы все говорите.

— Мой отец – Плут, – призналась Рози сквозь ладони.

— Ну ясно. – Зедди вскочил и снова принялся мерить комнату шагами.

Рози убрала руки от лица, и отросток, торчащий из рубашки Адама, снова застал ее врасплох.

— Ты, наверное, его ненавидишь.

— Признаю, что он мне не симпатичен, – осторожно ответил Адам.

— Понятно. Мне тоже.

— Не могу поверить, что ты был принцем, – сказал Зедди.

— Какой принц – он герой, – добавил Дакерс.

— Я не герой.

— Ты буквально герой из буквальных книжек о буквальных героях.

— Я буквально причина того, что вы застряли в Танрии. Повторяю: я не герой.

— Неверно, – возразила Рози. – Буквальная причина того, что мы здесь торчим, и буквальная причина твоих «проблем со здоровьем» – Плут. Вини того, кто виноват. И для протокола: я не называю его ни отцом, ни папой. Предпочитаю «Капризуля» или «Опять Он».

— Принято.

Их взгляды встретились, и Адам не стал прятаться за маской холодного безразличия. Тепло, грусть и ирония читались на его лице, и три удара сердца спустя Рози забыла о Дакерсе, о Зедди, о Танрии и обо всем мире за пределами Мглы – ее тревожная нежность к этому человеку взметнулась ввысь, как ракета из бутылки.

Потом Адам поморщился от боли, и Рози увидела, как лоза выползла из-за ворота его рубашки чуть дальше. Она прищурилась, и побег остановился.

— Матерь Горестей.

— Что такое? – спросил Дакерс.

— Лоза у Адама немного подросла.

Зедди издал что-то среднее между смешком и стоном:

— Нам крышка.

— Нет, это хорошо. Мы знаем, в чем проблема, значит, сможем ее решить.

Дакерс кивнул на Адама:

— Он пытался решить ее две тысячи лет.

— Но теперь у него есть я.

Адам снова поморщился.

— Не хочу грубить, Фокси, но, кажется, ты делаешь хуже.

— Я делаю хуже? – переспросила Рози у Адама.

— Как ты можешь что-то ухудшить? – ответил он, и в подтексте явственно читалось: ты все только улучшаешь. Рози припрятала это головокружительное ощущение на потом, чтобы смаковать в одиночестве, поднялась и хлопнула в ладоши.