Книга Колючие дела Рози и Адама, страница 135 – Меган Баннен

Занимались любовью. Часто.

Спали глубоким, ничем не отягощенным сном двух людей, которые уже сделали трудный выбор и не оставили себе места для сожалений.

Однажды утром Рози проснулась и обнаружила, что Адам лежит рядом, опершись на локоть, и задумчиво смотрит на нее.

— Значит, сегодня, – сказала она.

— Да. Если ты согласна.

Он перестал спать в рубашке, потому что мешал росток. Рози провела ладонями по его груди и плечам, взглядом запоминая его лицо, пальцами – все остальное.

— Может не получиться, – напомнила она.

— Я знаю. – Он засунул руку под майку, которую Рози взяла за привычку надевать на ночь, – одну из тех, что оставил Зедди.

— Скорее всего, не получится.

К этому моменту он уже задрал ткань до самой груди.

— Я знаю.

— И даже если мы откроем эту дверь, мы можем умереть в тот же миг, как переступим порог.

— Вот поэтому тебе не нужно идти со мной.

— Прошу прощения, сэр, но я получила приказ сопровождать вас на протяжении всего пребывания в Танрии.

Она притянула его к себе и с наслаждением выдохнула, когда его губы сомкнулись вокруг розового бутона ее груди. Ей хотелось, чтобы он вместил в себя ее всю, – так же отчаянно, как самой хотелось вместить его.

С этим они тоже не торопились. Даже когда Рози оседлала его, ее движения были медленными и нежными, плавными – пока страсть не взяла свое. Адам выгибался на импровизированных подушках, шея – уязвимая до невозможности, пульс бьется под кожей.

Не торопились и за завтраком. Рози пожарила посредственные оладьи, которые Адам объявил восхитительными.

Не торопились одеваться. Рози пошутила:

— Что вообще надевают, когда идут в загробный мир?

— Ничего, – ответил Адам с насмешливым видом.

— Нахал.

В итоге Рози надела самую мягкую свою рубашку – в сине-зеленую клетку – с самым поношенным комбинезоном и сапогами из страусиной кожи. Под всем этим – белье с рисунком павлиньих перьев (разумеется, стираное), то самое, любимое Адама. Он оделся в темно-синие шерстяные брюки и самую просторную из своих рубашек – бледно-серую, с расстегнутым воротом, чтобы ростку было свободно. Тщательно протер стекла очков и навел как мог блеск на свои броги.

Они медленно шли по тропе к северному берегу озера Вандерлинден, обходя лозу, которая ползла им под ноги.

Но время, казалось, ускорялось.

К озеру они добрались слишком быстро, и Элоиза уже плыла к ним, не дожидаясь зова. Не успели Рози и Адам опомниться, как уже сидели на спине дракона, прижавшись друг к другу, готовые лететь вместе. Все до самого конца – только вместе.

До двадцать восьмого сектора было полчаса лету, но показалось меньше, и всю землю, проносившуюся внизу в сплошном мареве, покрывал терновник – который, впрочем, уже не выглядел особенно тернистым. Захватчик-переросток сделался мягким и пышным, и бесчисленные алые цветы раскрывались навстречу солнцу. Рози подумала, не похоже ли это на дерево, которое когда-то создал ее отец, но ей было трудно представить, что Плут мог создать что-либо столь прекрасное.

Они сделали круг над широкой равниной в поисках дома, который ни тот, ни другая не должны были видеть. Но Рози увидела – раньше, чем Адам крикнул «Вон там!» сквозь свистящий в ушах ветер.

Он стоял посреди двадцать восьмого сектора, как и говорил Харт, – старомодный двухэтажный фермерский дом, весь заросший зеленой лозой и алыми цветами.