Книга Пойманная драконом, страница 72 – Таня Кель

непонимание, потом вопрос. А уже через мгновение девушка судорожно вдохнула и обреченно

закрыла глаза.

Хорошо. Так и должно быть.

Я смотрел на нее еще секунду, чтобы запомнить лицо.

Развернувшись, быстро пошел к выходу. Когда проходил мимо Мордена, он что-то

говорил про Алисию, погоню и доклад, но, кажется, я его послал к кхару. Он, слава богу,

отстал.

Выйдя в коридор, я прошел до конца и, только свернув за угол, встал как

вкопанный. Стоял, осознавая все. Мир разрушился, собрался заново, а меня будто криво слепили

из осколков, и теперь они распадались на части.

Я даже особо не дышал, не думал. Внутри разверзлась пустота.

Минут через пять я услышал шаги, и передо мной возник Эйдан. У него висела одна

рука. Он долго на меня смотрел, а потом привалился к стене и сквозь зубы выдохнул.

— Она жива, — произнес Тенебрис наконец. — Мильна сказала, через неделю встанет.

— Хорошо, — глухо отозвался я, пытаясь хоть как-то собраться.

— Арканис, что ты делаешь?

Я молчал. Не знаю, мог ли меня кто-то понять в этот момент.

— Иди к ней, — стукнул он меня по плечу. — Сейчас. Пока она в сознании.

— Нет, Эйдан. Не могу.

— Что ты несешь? Ты что? Святые небеса. — Тенебрис провел ладонью по лицу. — Ты

час назад никому ее не отдавал на крыше. Весь зал держал на себе. Да ты только что мага в

кашу разобрал. И сейчас что… уходишь?

— Все верно, — холодно бросил я.

— Куда, кхар возьми?

— В канцелярию подписывать бумаги на развод.

Он шумно выдохнул, а потом сухо засмеялся.

— Слушай. Подожди. Мне казалось, головой о колонну Вивиан приложилась. А

отпечаталось у тебя? Я что-то пропустил?

— Не язви, Эйдан.

— Так в чем дело, твою мать! Объясни мне! Ты идешь подписывать аннулирование? Ты

что творишь?

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Хоть что-то вразумительное. Сейчас ты ведешь себя, как последний ублюдок.

— Посмотри, кто я? — полностью повернулся я к нему, и мой голос начал

подниматься, а кровь кипеть.

— Арканис…

— Нет, ты посмотри! Взгляни на меня, Эйдан, внимательно! Я инспектор

департамента. Я всю жизнь в этом дерьме! У меня каждое второе дело такое, как сегодня! Когда

я не рискую жизнью? А? Назови мне неделю за последние пять лет, когда я не рисковал жизнью?

Назови!

Я уже почти орал, а Эйдан молчал.

— И теперь я буду всем этим дерьмом рисковать через нее?! — продолжил вырывать я

из себя злую правду. — Ты понимаешь, что я ее только что похоронил? Не фигурально.

Буквально! Она несколько минут не дышала. Я сам сдох. Все внутри умерло.

— Ее вернули, — перебил меня друг.

— В следующий раз могут не вернуть.

— Арканис…

— Ты знаешь, сколько дел из моей практики приходится на родственников

инспекторов? Сколько раз за карьеру я выезжал по адресу, где жена, сестра или мать кого-то

из наших? Да постоянно, кхар возьми! Постоянно, Эйдан! Это у нас в инструктаже на первой

неделе. И будет всегда. Ее будут использовать против меня. Ее будут убивать!

— Поговори с ней.

В отличие от меня его голос был спокойным.

— Если поговорю, то не сделаю.

— Так и не делай!

— Я серьезно.

— Я люблю ее, Эйдан. И она меня. Если я зайду в ту комнату, она согласится на

что угодно. Ты понимаешь? А я приму ее согласие и через год найду ее мертвой в нашей

квартире. Может, через два или пять лет. Да какая на хер разница? Это вопрос времени.