Книга Песочный замок для графини на мели, страница 30 – Люсия Веденская

Я вернула мешочек на место и закрыла ящик.

— Что-нибудь еще?

— Есть сундук, — сказала одна из девушек. — У изголовья кровати.

Я обернулась.

Сундук действительно стоял там, где она сказала, почти сливаясь с общей обстановкой, как будто его специально не выставляли напоказ.

Я подошла к нему, присела и подняла крышку.

Внутри оказалось меньше, чем я ожидала, и больше, чем хотелось.

Несколько писем, перевязанных лентой. Пара книг. Старый платок. И небольшая коробка.

Я взяла ее в руки, открыла.

Пусто.

Я замерла на секунду, потом усмехнулась.

— Это уже почти символично.

Я отложила коробку и взяла письма. Бумага была плотной, аккуратно сложенной, и от одного взгляда на них становилось ясно, что это не счета и не официальные документы.

— Это чье? — спросила я.

— Ваше, госпожа, — ответила женщина.

Я кивнула, но открывать их не стала. Не сейчас. Сначала хотелось закончить с тем, ради чего все это начиналось.

Я закрыла сундук и поднялась.

— Значит, подводим итоги, — сказала я, обводя комнату взглядом. — У нас есть дом, который больше жрет деньги, чем приносит. Есть вещи, которые можно продать, но это не решит проблему. И есть долги, которые никуда не денутся.

Я посмотрела на них.

— Я ничего не упустила?

Девушки молчали. Женщина чуть покачала головой.

— Нет, госпожа.

Я кивнула.

— Отлично.

Несколько секунд я просто стояла, пытаясь уложить все это в голове. Паниковать смысла не было — это я уже проходила. Оставалось только думать.

— Тогда будем действовать иначе, — сказала я наконец.

Они одновременно подняли на меня глаза.

— Если у нас нет денег, — продолжила я, — значит, нам нужно их заработать.

Фраза прозвучала настолько непривычно для этой обстановки, что даже я сама на секунду замолчала.

Женщина нахмурилась.

— Госпожа?..

— Я не знаю пока как, — честно сказала я. — Но точно знаю, что сидеть и ждать, пока у нас отнимут дом, я не собираюсь.

Я подошла к окну.

Море внизу было таким же, как и раньше — темным, тяжелым, бесконечным. И почему-то именно сейчас я впервые посмотрела на него не как на угрозу и не как на воспоминание, а как на… ресурс.

Мысль была странной, но упрямо не уходила.

— Скажите, — медленно произнесла я, не отрывая взгляда от воды, — сюда вообще кто-нибудь приезжает? Просто так. Отдохнуть. Или… пожить у моря?

За спиной повисла пауза.

— Иногда, — осторожно сказала одна из девушек. — Раньше чаще.

Я кивнула.

— Понятно.

Мысль осталась.

Она не оформилась во что-то внятное, не превратилась в план и даже не стала идеей, которую можно было бы сформулировать словами, но поселилась где-то на уровне ощущений — там, где обычно рождаются самые упрямые решения.

Я еще какое-то время стояла у окна, глядя на море, и чувствовала, как внутри постепенно смещается точка опоры. Все, что было связано с домом — сундуки, платья, остатки украшений — казалось замкнутым пространством, где каждый предмет уже прожил свою жизнь и теперь только доживает. А там, внизу, за обрывом, было совсем другое ощущение: не законченности, а возможности.

— Я выйду, — сказала я, наконец, не оборачиваясь.

За спиной тихо отозвались, но я не стала слушать. Объяснять сейчас что-либо казалось лишним, потому что сама я еще не понимала, что именно хочу увидеть — только чувствовала, что сидеть в комнате и снова перебирать чужие вещи уже бессмысленно.