Книга Княжна-попаданка. Между Русью и Степью, страница 61 – Александра Каплунова

— Поглядим, как он на этот раз выкрутится. Тогда и поглядим, только ли Тэмир за ним только или что пострашнее.

Из светлицы выходили уже с планом в голове. Впереди шли мои мужчины. Отец, да будущий муж… В конце-то разговора к свадьбе-таки вернулись. И решено ее было завтра же играть, чтобы не дать никому ничего расстроить. При том объявлять об этом решили опосля. Уже когда ритуал свершится, пригласить всех на празднество к вечеру. И даже оправдание придумали — князь ненадолго приехал, дела дальше зовут, потому и надобно было все при нем провести.

Так что к рассвету мне нужно будет подготовиться. Любава тут же подружек своих отправила к Салейко, все они должны заняться приготовлениями. Главное было, все тихо устроить. И на церемонии будут только самые доверенные лица, но и чтобы никто не усомнился в правильности проведения…

И вскрылась тут одна интересная деталь… Я-то прежде толком и не задумывалась, но тут обсудили и в голове разрешилось — Арслану придется принять православную веру. У отца при себе был батюшка, который сможет все устроить. Само собой, то не совсем будет по церковным правилам, ибо переход это дело не терпящее спешки, но ситуация требовала решительных мер. Это все обезопасит нас сразу от нескольких проблем — Арслан не сможет взять вторую жену, а значит, пойти на поводу у подарка Бату. И так брак наш не сможет расторгнуть хан, если вдруг Тэмир как-то сможет все извратить. Потому как у хана прямой власти над православной церковью не имеется и все это дело затянется… А там в случае чего можно будет и вернуть его на путь истинный.

На том и порешили.

Сами же в трапезную отправились, где сейчас заседал Бату.

Там уж зажгли свечи на длинных столах, готовили вечернюю еду. Бату сидел за дальним концом главного. Без воинов. Один. Перед ним стояли блюдо мяса и кубок. Сидел развалившись на резной лавке, точно отродясь тут и жил.

Голову повернул не сразу. Сперва доел кусок. Облизал пальцы. И только тогда поднял глаза.

— О-о, — протянул с ленивой насмешкой. — Делегация. Чему обязан, оглан?

Отец и Арслан переглянулись. Ну, сейчас ты доокаешься, друг.

Арслан положил лист на стол перед Бату, говорить не стал ничего, просто глядел на брата. Я тоже молчала и старалась не шибко сильно взглядом сверлить гада. А вот отец мой явно не стеснялся в ласковых воззрениях. Оно и понятно, коли вскроется, что Бату замеша в том, что меня травили, жить припеваючи у огланова брата больше точно не выйдет.

Бату поглядел на лист, подбородок почесал этак нарочито-задумчиво, но я успела заметить, как лицо его на миг тенью застилось. Не понравилось ему, что Арслан ему положил. Даже толком вчитаться не успел, а уже смекнул, чем пахнет.

В трапезной тишина повисла. Люди стали в нашу сторону поглядывать, но никто не вмешивался, само собой, да и вопросов завадать не решатся.

Арслан подошёл. Положил перед ним лист — точно, без слов, печатью вверх.

Бату же уже улыбался. Интереса он к бумаге явного не проявил, толкнул обратно Арслану.

— Любопытная бумаженция, — обронил лениво. — Где взяли?

— В сундуке одном. У служанки моей будущей жены, — спокойно ответил Арслан. — Прежде чем она с моего двора пропала.

— Жаль девку, — Бату плечами пожал. — Видать, не выдержала службы. Бывает.