Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 11 – Татьяна Михаль

— Или что? – спросила Анна Сергеевна.

Я вскинула подбородок и поднялась с колен. Расправила плечи и ответила на её вопрос:

— Или я заявлю в соответствующие органы. Я скажу им, что вы удерживаете человека, моего мужа, выдавая его за другого. Скажу, что вы не сообщили о нём, когда шли активные поиски. И я не поверю в ваши байки, что вы не знали об этом. Вы всё знали. Я вижу это в выражениях ваших лиц. В ваших глазах.

Покачала головой и указала на Макса.

— Вы даже должную медицинскую помощь ему не предоставили! А ведь у него травма позвоночника и серьёзная амнезия! Ему немедленно нужно профессиональное лечение! Я не верю, что вы показывали Макса докторам! Атрофированные и неспособные мышцы нужно нагружать, иначе с каждым днём возможность поправиться у него уменьшается! Медлить с лечением нельзя! Вы поступили и поступаете, как преступники.

Во мне поднялась буря негодования, подняло голову горе, которое я носила в себе весь ужасный год. Начала я говорить спокойно и тихо, но в итоге распалилась и высказала всё, что я сейчас ощутила к этим людям!

— Мы показывали нашего мальчика докторам, – невозмутимо сказала Анна Сергеевна. – Его лечили. И не нужно обвинять нас в преступлении. Иван – наш сын.

— Аня, принеси сумку, – попросил вдруг её Илья Алексеевич. И таким тоном, что женщина не стала что-то говорить против.

Она ушла.

Я повернулась к мужу и снова села перед ним на корточки.

— Я заберу тебя домой. Покажу самым лучшим докторам. Тебя вылечат, поставят на ноги и память… Она вернётся… Есть методики и…

— Я хххх…хочччу, чччтттобы ттты ушшшла… – заикаясь, недобрым тоном сказал Макс. – Тттымммне не ннннравишься.

Я вдруг почувствовала себя обманутой.

— Не говори так, пожалуйста. Сейчас я тебе покажу и докажу, что я твоя жена. Ника. Ты меня называл Никой и говорил, что я во всём тебе удачу и победу. Ты говорил, что я твоя личная любимая победа…

По моим щекам снова потекли слёзы.

Было больно смотреть на каменное лицо любимого мужчины и не видеть в его глазах тех тёплых чувств, что он ко мне питал.

Это был он, сомнений не было.

— У тебя шрам от аппендицита, – сказала я вдруг и улыбнулась. – И родинка на пояснице в виде полумесяца. Я ведь права, да? Я знаю, что права.

За спиной послышался вздох удивления.

— Илья, откуда она знает? – в ужасе прошептала хозяйка дома.

— Потому что я его жена, – ответила резко.

Забрала свою сумку из рук женщины, что стояла вместе с мужем истуканом. Они не знали, что делать и что говорить. Я понимала, что они знают, что это не их сын. Мне жаль, что они потеряли своего ребёнка, но это не значит, что они могут удерживать у себя чужого человека и выдавать его за своего без вести пропавшего сына. Тем более, что он пропал пятнадцать лет назад.

Я вытащила из сумки телефон, разблокировала его и нашла в галерее фотографии с Максом.

— Смотри, дорогой мой. Смотри, – отдала ему телефон. – Это наши совместные фотографии. Их много. Видишь? И мы счастливы с тобой…

Я говорила негромко и сдерживала себя, чтобы не кинуться ему на шею и не закричать, что я так скучала! Так болела без него и умирала с тоски и горя!

Макс посмотрел все фотографии. Потом вернул мне телефон и проговорил:

— Я ннн… не пп… помню ттебя…

— Ничего страшного, – улыбнулась я сквозь слёзы. – Я помогу тебе вспомнить всё. Я…