Книга Отложенная беременность, или Любовь после смерти, страница 38 – Татьяна Михаль

Ника

Перед сном я долго смотрела в телефоне на фотографии своего мужа.

Со своей внешностью – смуглой от природы кожей, классическими чертами лица и русыми волосами, не тронутыми сединой, – Устинов Максим Юрьевич выглядел как один из тех красивых мужчин, которые снимаются для модных глянцевых журналов. Мой муж был высок и атлетически сложен.

На одном из фото он стоял в пол оборота в чёрных дизайнерских брюках, которые только подчёркивали его рост, а рубашка кипенно-белого цвета позволяла разглядеть бугристые мышцы его рук, плеч и спины.

Макс не любил классическую одежду и это фото – настоящая редкость, где он в образе такого классического образца. В жизни мой муж предпочитал спортивную одежду и джинсы.

Я вглядывалась в любимые черты лица.

Макс всегда притягивал к себе людей: женщины и мужчины искали его общества.

И дело было не только во внешности.

Мой Макс излучал тот чувственный магнетизм, притягивающий к себе внимание, простым языком – он был харизматичен и отличным лидером, в любых делах. За ним готовы были следовать кто угодно и куда угодно. Умел он убеждать людей, умел красиво говорить.

Невероятно самоуверенный и разрушительно сексуальный. Мой мужчина. Мой муж. Который не помнит ничего. И самое главное, не помнит меня.

Макс до безумия любил опасный спорт и красивых женщин. Но почему-то он остановил свой выбор на мне. Как и я на нём.

Можно сказать, это была любовь с первого взгляда.

Горько вздохнула и выключила телефон.

Поправила подушку, выключила настольную лампу и легла спать.

* * *

Не знаю, чем я думал, но мне захотелось пожелать Нике спокойной ночи.

Я дважды негромко постучал в дверь её комнаты, но не получив ответа, всё равно открыл двери и въехал в темноту помещения.

Ника спала. Не было никаких сомнений.

Лунный свет мягко падал на её лицо.

Её рот был чуть приоткрыт, и она выглядела удивительно молодо и беззащитно.

Подкатил кресло к её кровати и поправил спавшее одеяло.

Ника даже не шевельнулась, когда я не смог удержаться и невесомо прошёлся пальцами по её щеке.

Конечно же, она крепко спит. Ведь она устаёт за целый день. Мало того, что беременна, так ещё и со мной возится.

Хрупкая, нежная и очень красивая.

Неужели Ника и правда, моя жена?

Тряхнул головой и попытался убедить себя, что чувство, которое я сейчас испытываю – это благодарность за её заботу.

— Спп-покойной нн-ночи… – прошептал я и покинул её комнату.

* * *

Ника

На следующее утро я поняла, что проспала всё на свете.

Часы показывали одиннадцать утра.

— Господи! – воскликнула я.

И никто не удосужился меня разбудить!

Привела себя в порядок за рекордное время и сразу направилась к Максу.

Но в комнате его не было.

С кухни доносились голоса и чудесные ароматы еды.

Туда и пошла.

Анна Сергеевна тепло мне улыбнулась.

Илья Алексеевич тоже выдавил из себя подобие улыбки и сказал:

— Всё, Аня, я уехал. Давай свой список.

Женщина отдала мужу лист бумаги, сложенный вдвое и когда Илья Алексеевич ушёл, спросила меня первой:

— Доброе утро, Ника. Желаешь позавтракать в саду?

Улыбнулась ей и хотела сказать, с удовольствием, но только представила ароматную кашу, как тут же меня затошнило.

Скривилась и ответила:

— Не сейчас и спасибо вам. Лучше скажите, где Макс? Я проспала безумного много, и поверить в это не могу. Нужно было меня разбудить.