Книга Круговорот и тени, страница 296 – Джин Родман Вулф

Дж. Г.: Отчего мы рождены только затем, чтобы страдать и умереть?

Дж. В.: Вот список ответов – выбирайте на вкус:

1. Мы вовсе не рождены только затем, чтобы страдать и умереть. Это касается лишь вас одной. До сих пор мы держали вас на сей счёт в неведении, но вот настала пора рассказать всё как есть.

2. Мы рождены вовсе не только затем, чтобы страдать и умереть. Должен же кто-то также плодиться, грабить и убивать.

3. Вы рождены, чтоб умереть, а я лично возражаю. Уж лучше помучаюсь ещё малость.

4. Страдаем мы, поскольку куда ж без этого денется картошка фри. А умираем, дабы спастись от страданий.

5. Умираем мы, чтоб не страдать, а страдаем, поскольку страдания лучше, чем смерть.

6. Всё вышеперечисленное.

Дж. Г.: Благодарю вас, мистер Вулф.

Впервые опубликованное на страницах «Amazing Science Fiction Stories» в сентябре 1981 г., интервью Мелиссы Миа Холл следует за публикацией «Книги дней» Джина Вулфа, второго сборника его рассказов, но предшествует изданию «Когтя Миротворца», второго тома «Книги Нового Солнца». Подобно Джоан Гордон, Мелисса Миа Холл не смогла удержаться от просьбы о «намёках» на содержание оставшихся книг тетралогии, и Вулф идёт ей навстречу, подбрасывая несколько новых.

Бостон, второй день «Всемирного конвента научной фантастики» 1981 г., а я собираюсь встретиться с Джином Вулфом и взять у него интервью. Прежде всего нужно установить контакт. Брожу с другом по просторному, мрачноватому, точно пещера, залу, отведённому под мелкую торговлю, и вдруг замечаю впереди средних лет человека, лысеющего, дружелюбного с виду, почти как ребёнок: глядит вокруг, глаза блестят… Сразу же понимаю: вот он, Джин Вулф, хотя никогда раньше его не видела, толкаю друга в бок.

— Это не Джин Вулф там?

Друг отвечает:

— По-моему, он.

Вижу, что Вулф собирается уходить, бросаюсь вперёд со всех ног.

— Джин! Джин Вулф! – ору, хотя понимаю, что выгляжу будто истеричка.

Вулф вежливо останавливается, протягивает руку. Я неуклюже представляюсь и начинаю осыпать его таким множеством комплиментов, что он наверняка подумал, будто я вру либо спятила.

Во время конвента мы встречаемся ещё с полдюжины раз, в основном ради кратких переговоров, вполне достаточных, чтобы договориться, где нам в полдень воскресенья устроиться для продолжительного интервью, но кто он таков, я за это время понять, конечно, не успеваю. Для меня он так и остаётся Человеком, только что написавшим захватывающую, завораживающую «Книгу Нового Солнца», не говоря уж об «“Острове доктора Смерти и других рассказах” и других рассказах» и «Книге дней».

Поэтому, когда наступает час встречи с Джином, мне чуточку страшновато, не говоря уж о нешуточном волнении и об усталости. Подобно большинству завсегдатаев конвентов, спать я улеглась поздно, вследствие чего выгляжу довольно помятой. Другое дело Джин – тоже лёг спать за полночь, однако с виду вполне бодр и готов к чему угодно. Вот мы усаживаемся, и вскоре беседа завязывается, как положено. Джин Вулф оказывается человеком, приятным в общении, нарочито задумчивым, ироничным, настолько же парадоксальным, как и любое из его произведений.

М. М. Х.: Вы славитесь изяществом стиля, а пишете уже шестнадцать лет. Скажите, что вы считаете самым важным из узнанного за это время о писательском ремесле?